Когда в два часа Анна вошла в кафе-бар, Виктора там не было... Присев за свободный столик, сделанный из двухсотлитровой бочки, вокруг которой стояли три табуретки из ящиков с мягкими подушками, она заказал чай и стала ждать. Нервно покусывая губы, она поглядывала каждую минуту то на часы, то проверяла телефон, то в надежде смотрела на дверь.

В два пятнадцать вошел, наконец, Виктор. У него был помятый вид и красные глаза. И Анна вспомнила, что вчера он заходил в аптеку...

Болеет, а я его вытащила из дома?

Совесть кольнула, а вдруг он потянул что-то, когда пытался удержать ее от падения? У нее самой в тумбочке на почетном месте две аптечки - одна с мазями, вторая с таблетками.

Как бабка за восемьдесят... Еще тонометр под подушку и номер скорой на быстром наборе.

– Извини, я немного опоздал. Сегодня в ночную смену дежурил, лег только утром и немножечко проспал.

Вел он себя непринужденно, что не очень вязалось с его образом серого человека. Анне хотелось бы, чтобы он был странным, зажатым и закомплексованным. Ведь с кем хотят свести родственники обычно какие-то такие?

Скидывая с себя куртку, он сразу нажал большую красную кнопку вызова официанта и заказал себе двойной эспрессо, стакан воды и бургер.

– Показывай пациента.

У столика на стене была розетка, куда сразу воткнул на зарядку агрегат и свой телефон.

Он что-то там щелкал на тачпаде, набирал на клавиатуре. Потом воткнул туда свою флешку и снова что-то щелкал и печатал. Аня смотрела на него поверх открытой крышки и думала какие финансовые потери принесет это вероломное предательство ее верного старичка HP. Покупка нового ноутбука или приличный счет от компьютерного врача?

– Ты вирус где-то подцепила. Он вызвал ошибки в системе, вот у тебя и собрался друг умирать. Я тут кое-что поправил, но это временные меры, нужно будет систему переустановить, и сам жесткий диск бы уже поменял. Кстати, я уже с этим ноутбуком знаком.

Улыбнулся Виктор, в его глазах играли отблески экрана, к счастью, уже не синие. Аня удивленно вскинула брови, на что он пояснил.

– Где-то полгода назад. Я уже удалял из системы этого компьютера червя.

– Папа забирал его, когда были проблемы... Да, это было в октябре. Что ж... Значит дважды спасибо! Сколько стоят твои услуги?

В этот раз удивленно вскинул брови Виктор, потом улыбнулся и отмахнулся.

– Нисколько. Акт доброй воли по старой дружбе, скажем так.

– Мне неудобно. Я свалилась тебе на голову, не дала отоспаться. И... Старая дружба? Мы едва знакомы вообще. Уверена, что если бы я обратилась куда-нибудь в сервисный центр, то с меня бы содрали кругленькую сумму не стесняясь.

– Так и я не стесняюсь. А старая дружба у меня с твоим приятелем.
– Виктор указал глазами на ноутбук.
– Расслабься, все в порядке. Кстати, не затягивай с глобальным, но учти, что это займет возможно пару-тройку дней, а то и больше. Если что, можешь звонить мне, помогу или порекомендую куда лучше обратиться.

Чай уже остыл, но нужно было спрятать появившуюся неловкость, и она сделала небольшой глоток. Чаинка заскочила в горло и дико захотелось кашлять.

Круто, блин!

С покрасневшими глазами, подавляя рефлекс, она попробовала запить еще, но чуть не выплюнула остатки чая обратно в кружку, потому что чаинки видимо устроили сговор.

– Прости, пожалуйста, - покашливая промямлила Аня, пытаясь заглотить раздражающее першение.

Виктор улыбнулся:

– Все в порядке, - и спрятал взгляд в экран ноутбука и что-то там еще щелкал, а затем закрыл крышку.
– Ты не голодная?

Ему как раз принесли горячий свеженький бургер.

– Нет, - ненавистная чаинка проскочила, но на смену першению пришли сиплость и легкие спазмы в горле.
– Если честно, я так переживала, что как-то о еде даже не думала.

Зачем я разоткровенничалась? Переживала она...

– Так теперь все вроде бы в порядке, можно поесть. Я же не буду жевать перед тобой в одиночестве.

Не успела она еще ответить, как он уже нажал вызов официанта.

Как-то незаметно за разговорами у нее проскочил овощной салат и дву куска пиццы. Виктор расспрашивал у нее про ее работу и, казалось, его интерес не был поддельным. Чаще всего, когда люди узнавали, что она пишет, то либо начинали считать за какого-то гуманоида, дожившего с времен Льва Толстого и Федора Достоевского, либо за психа, который занимается какой-то ерундой. Виктор же задавал вполне конструктивные вопросы и интересовался деталями. Такое встречалось редко, поэтому недоверие и ожидание подвоха шли ноздря в ноздрю с возникающей симпатией к этому человеку. Пожалуй да, общаться с ним было вполне можно и даже приятно, поэтому если между ними завяжутся приятельские отношения, то, возможно, она будет не против и это станет компромиссным решением для сводничества дяди и матери. Приятель, не большее.

По завершению их "обеда" он пошел куда-то по делам, а Аня с удивительным чувством спокойствия и удовлетворения пошлепала по лужам домой. И хоть день не прошел как всегда без нелепостей, но на дно беспокойной души упало огромное облегчение - ее железный друг и товарищ снова здоров, все материалы по книге тоже на месте, трагедия не произошла и даже в этот по весеннему пасмурный день настроение было приподнятым и светлым. И было оно таким ровно до того момента, как поворачивая за угол собственного дома, она не столкнулась лицом к лицу со своим недавним прошлым.