И — проканало. Нахмурившаяся Кудряшка задумалась, просветлела, и кивнула мне. С настоящей, искренней улыбкой, на которую и я улыбнулся — манипуляция манипуляцией, но вот я тоже жертвы приношу! Мне может с Кудряшкой всякое такое интересно! И с Веснушкой и Кудряшкой и вообще… Стоп, надо валить, а то я всё-таки сорвусь и устроим мы потрахушки, до заслуженной погибели, дошло до меня.

— Я — пошёл, — отрезал я. — А то вы красивые слишком, — честно признался я, выпираясь из кабинета.

В гостиной посидел несколько минут — успокаиваясь, и выпуская из нутра этикетку. И гормон поможет удержать, а то от того что у меня в спальне Веснушка с Кудряшкой он не только по голове сверху бьёт. И задачка мне предстоит не из лёгких. Впрочем — Путь к её решению есть, оскалился я своему отражению в здоровенном зеркале. И даже образ стальной маски, скрывающей мою симпатичную физиономию, уже не пугал — если что, найдётся кому снять. А так — вещь полезная. В меру.

В общем «кто» осуществляет все или часть покушений я знал процентов на девяносто. Идиотизм, конечно, выходил, а главное — их ПРОВЕРЯЮТ, это точно… Ладно, всё равно остальные варианты — просто невозможны, а значит будем работать с невероятным. И, для начала, надо мне в палаты болящих. У дядьки кластера или ещё какого медика выклянчить медицинских тонизирующих, причём потом ещё и лечится от побочек — но надо. Потому что спать мне возможности не будет, в худшем случае — до свадьбы. Пропускать занятия — нельзя, может спугнуть сволочуг, а мне нахрен не надо, чтобы они затаились. Мне с ними вопрос надо решать окончательно, совсем и вообще, а не ждать всё время в Академии атаки непонятно от кого и непонятно какими средствами.

При этом, несмотря на пугающую активность фанаток «Безмолвного Прынца» дуэли никто не отменял. Повод есть и довольно ощутимому количеству дурачья может глупость в голову стукнуть в любой момент. А значит: мне надо не только быть на занятиях, но и максимально собранным, готовым (в том числе и боеготовым). Потому как: и покушения возможны, помимо дуэлей дурацких. И девчонок ещё прикрывать, точнее не ещё, а в первую очередь!

Обычные тонизирующие мне ни черта не помогут: они или дадут не больше суток, а потом спать без вариантов, или заметно снизят внимание, скорость работы мозгов и прочее. Это, как понятно, неприемлемо. Вот и остаются медицинские тонизирующие, поддерживающие бодрое состояние за счёт урона организму, который ещё и лечить потом придётся, а у Веснушки будет бревно в первую брачную ночь, хех. Ну ничего, я уже постарался, да и потом, если что, от… работаю.

Топаю я, значит, в палаты болящих, оглядываюсь с умеренной опаской — никто мне справку с Императорской печатью не давал, что покушений не будет. Да и была бы, с учётом вредности Его Августейшества — я бы ещё подумал, верить или нет. В приёмном покое меня, естественно, спросили, а чего мне надо-то? Но балловый безлимит работал и тут: так мол и так, эксклюзивная медицинская помощь нужна. Какая — не говорил, ну а что дама-дежурная подумала… Ну-у-у… фиг бы с ней, по большому счёту, чего подумала. Член, понимаешь, на лбу хочу отрастить, на страх врагам Империи, например.

Так что доступ в административную часть покоев я получил, топаю себе и тут вижу: у какой-то двери стоит Олаф, с этаким дебильновато-предвкушающе-радостным выражением лица. Я, в первую секунду, аж задумался: а чем это колобок таким хворает? Да таким, что его в палатах болящих каким-то психотропным (или что-то типа того) препаратом лечат? А то мордас у Олафа уж очень характерный. Но во вторую секунду до меня дошло: мы, во-первых, не в самих лечебных палатах, а в административной части. И пациентов под психотропными препаратами здесь без присмотра не оставят, да и вообще именно пациентам тут делать нечего. Во-вторых — физиономия у Олафа, конечно, дебильноватая. Но не от веществ извне, а веществ изнутри — такие мордасы перед свиданием, в предвкушении всякого такого, и даже этакого бывают. Может даже и у меня такое выражение бывает, хотя есть надежда, что не настолько тупое. И, наконец, в третьих — время то уже глубоко за полночь, а Олаф в пилотском комбезе, при оружии — то есть точно не «болящий», даже если бы что-то и стряслось, то это «стрясение» с такими физиономиями не встречают.

— Доброй… ночи, Гален, — вытаращился на меня Олаф, явно удивлённый моим присутствием. — А что случилось, что ты в такое время тут? — несколько подутратила его физиономия в идиотическом блеске.

— Доброй, Олаф, дело по медицинской части, не критичная, считай — терапия, — изящно вывернулся я, если смотреть с определённой точки зрения — даже не соврав. — А ты что здесь делаешь? — проявил я резонный интерес.

— Ну-у-у…. Яа-а-а… — протянул колобок, совершенно ему несвойственным образом, даже покраснел слегка. — Даму жду, — решительно махнул он головой, перестав смущаться и мямлить.

— Удачи тебе в этом, — кивнул я.

Но мне — интересно. Хотя я бы на это может и плюнул бы, но тут ещё и всякая психология завязана. То есть Олаф, судя по всему, свои отношения с непонятно кем из палат болящих не афишировал. Но вот когда он рубанул «даму жду» — был не просто готов рассказать о своей подруге. А, воспользовавшись случаем, поделится радостью. Вообще — вполне нормально, кроме того, показывает, что колобок ко мне как к ОЧЕНЬ хорошему приятелю относится. Фактически как к другу, что ого го какой показатель.

Ну и сочетание моего естественного интереса и потребности Олафа выговорится — вылилась в естественный вопрос:

— А если не секрет, Олаф, с кем? Всё же я о твоих некоторых… затруднениях в курсе, ну и действительно интересно — уто и как. Безусловно, если не секрет и если не лезу не в своё дело, — выдал я.

— Ну-у-у… — явно не «думая», а тяня «приличествующую паузу» протянул приятель. — Не секрет от друзей, Гален. Слушай.

И рассказал он мне, что потребности у него естественно есть. Я вот думал — в борделях решает. Ну там на спину плюхнется, руки сцепит чтоб ненароком девицу не задеть, а специалистки сексуальной релаксации над ним трудятся. И Олаф доволен и девки целы, хех.