Ответом были протестующие крики из четырех глоток.

Филин переждал возмущение друзей и упрямо спросил:

– Почему не так?

– Чудо сотворил не я, – объяснил Отец. – Чудо сотворила богиня. Если бы Антара не пожелала, башня бы не упала.

Несколько мгновений илв не сводил глаз с погонщика. А затем сказал:

– Поймаю белку. И съем.

И исчез среди еловых лап.

Вот так! Лучше сделать что-то полезное, чем пытаться понять этих нелепых, странно мыслящих, но таких дорогих для него людей.

– А виктийская дама? К чему она тут?

Эдона Хозефа откинула широкий рукав узорчатого домашнего платья, протянула над столом полную белую руку и коснулась лежащей на скатерти карты.

– К коварству, прекрасная эдона, к недобрым умыслам, – негромко ответила старуха в черном плазе с капюшоном. Тонкими пальцами в черной нитяной перчатке она поправила карту, которую сдвинула с места хозяйка дома.

Эдона Хозефа поморщилась:

– А когда мне гадала кривая Леонсия с Рыбной улицы, она говорила, что виктийская дама – к богатству.

– В самом деле, госпожа моя? – холодно ответила старуха. – Тогда напрасно я пришла сюда. Кривая Леонсия наверняка сумеет показать все тропы, что разложила у твоих ног судьба. А я уж побреду прочь.

– Сиди-сиди! – всполошилась эдона.

Она не хотела прогонять старуху, про которую с недавних пор ходят странные слухи по всему Порт-о-Ранго.

Имени ее не знал никто, называли просто Вьеха («старуха» на старом спандийском языке). Лицо мало кто видел, гадалка и в комнате не снимала капюшона. Эдона Хозефа может ее понять. Любопытная эдона заглянула под капюшон – и отшатнулась от уродства. Кривой горбатый нос, торчащий из массы морщин… Да, такую физиономию лучше прятать! Интересно, Вьеха и в молодости была безобразной? Или ее так изменило время?

Эдона вздрогнула. Что за мерзкие мысли – про старость, которая понемногу затягивает женщин, словно трясина? Что ей, красавице Хозефе, до старости? Она бережет кожу от лучей солнца, она мажет лицо сливками и медом! А первые морщины у глаз… они же совсем не заметны!

Госпожа заставила себя выбросить из головы неприятные размышления и с новым вниманием уставилась на сложную фигуру из карт, которую успела выложить гадалка.

Все-таки хорошо, что Вьеха постучалась в ее дверь. Старуха приходит сама, ее не приглашают. Никто даже не знает, где она живет. Во всяком случае, так уверяют служанки.

И хорошо, что развлечение затеялось именно сегодня. После отъезда эдона Доминго в Горелую Падь дни стали такими скучными, такими пустыми, такими бесконечными! Да, Хозефа частенько ругалась с мужем, но теперь ей не хватало даже этих семейных сцен!

– Ну, говори! – снисходительно дозволила госпожа. – Что там за недобрые умыслы?

– Любовные, – спокойно ответила старуха. – Соперницу твою вижу.

Эдона Хозефа приподняла аккуратно подведенные бровки.

– Соперницу? Да ну?

Слова гадалки не встревожили ее. Старый, пузатый, ленивый Доминго не был дамским угодником. К тому же он не любил перемен. Даже на поездку в поместье решился с большой неохотой, а ведь давно пора было проверить управляющего!

– Соперницу, – твердо повторила старуха. – Молодую.

Последнее слово недобрым эхом отозвалось в груди эдоны.

– Вот это – сердце эдона Доминго, – указала старуха на одну из карт, разложенных в сложную паутину. – Видишь, в него целит франусийский лучник! Это означает любовный удар. А справа от этой карты – место законной жены. Сейчас поглядим…

Вьеха подцепила длинными пальцами карту, лежащую рубашкой вверх, и перевернула ее.

– Чаша, – заинтересованно протянула Хозефа.

– Перевернутая чаша, – сурово уточнила гадалка. – Это значит – ничего. Пустое место. Рядом с господином нет супруги.

– А я слышала, что перевернутая чаша – к денежным потерям.

– От кривой Леонсии с Рыбной улицы? Что ж, госпожа, призови эту мудрую провидицу! Призови, пусть она расскажет тебе, как избежать опасности!

– А что видишь ты? – начала волноваться эдона.