Застыли и его друзья, глядя на упрямого сильного пса, чью силу они явно недооценили, а потому поплатились жестоко и кроваво.

Пес совсем не расслаблялся, и в какой-то момент Гуля подумала, что все это было бесполезно.

Но когда первая волна паники кольнула ее сердце, он неожиданно разжал свои удивительно крепкие челюсти и отпустил окровавленную, изодранную руку парня, который тут же отшатнулся назад, и упал бы, если бы его не подхватили горе-друзья.

Пёс смотрел так, что становилось ясно - он наблюдает за всем происходящим и спуска никому не даст.

Добрый жест он сделал только ради девушки, потому что никто и никогда не защищал его.

Не закрывал собой.

Не касался опасной морды так осторожно, и без страха быть укушенным.

Животные умеют чувствовать и быть благодарными гораздо сильнее и искреннее людей.

Только сказать об этом они не могут.

И если бы нашлись те, кто смог бы спросить у пса в этот момент, что бы он сделал ради этой девушки с ясными добрыми глазами, то пес бы показал свою верную грозную душу и сказал бы, что умер за нее.

Он не нуждался ни в ласке, ни в еде, ни в участии людей в своей собачей жизни.

Свободный, словно волк, он жил так, как хотел, приняв много лет назад законы леса.

Но сейчас его собачье сердце дрогнуло и потянулось впервые к человеку.

Впервые с момента смерти его хозяина, псу захотелось склонить свою голову и снова ощутить позабытые чувства, когда человеческая рука касалась его морды, и трепала за уши.

А ведь раньше ему это нравилось.

Пес не сводил умных пронзительных глаз с парней, давая понять всей своей позой, что он следит за всем происходящим, и снова кинется, если только они сделают хоть одно резкое движение.

К счастью, парни это тоже понимали, и больше не рисковали, потому что видели, что стало с рукой их друга.

Да еще в лесу этот жуткий загадочный грохот не доводил до добрых мыслей!

Тут бы скорее оказаться дома и выпить, а потом уже строить невероятные догадки о том, что же все это было такое! При чем все одновременно!

– Ты за это еще ответишь, поняла?!
– шикнул самый здоровый из парней, глядя с высоты своего немалого роста на хрупкую девушку, которая продолжала сидеть на коленях прямо на земле, и держать сумасшедшую зверюгу руками, отчего-то не боясь его.

Гуля ничего не ответила.

Да и что бы она могла сказать в ответ?

Что не успела еще завести в деревне друзей, а уже обзавелась врагами?

Обидно это было, и горько. Но пес не заслуживал такого отношения, что бы он не натворил.

– Ты большой молодец, - мягко улыбнулась Гуля собаке, когда они оба убедились в том, что парни действительно ушли и больше не вернутся в ближайшее время, - Всё правильно сделал.

Пес смотрел в ее глаза таким умным и понимающим взглядом, что становилось даже не по себе.

– Идем со мной? У меня есть еда. Подружишься с Дымком, и будем жить все вместе. В доме на всех места хватит. У нас будет своя семья.

Гуля говорила от всей души и чувствовала, что пес ее понимает.

Он ведь мог уйти, мог убежать, но оставался рядом с ней, и смотрел в глаза так, что и слов было не нужно.

– Дом вот там. Идем, я покажу.

Она поднялась осторожно на ноги, пока боясь даже смотреть в сторону леса, где сейчас к счастью было все спокойно и тихо - и побрела к своему дому.

Пес сначала просто сидел и следил за ней своими светлыми, по-волчьи зелеными глазами, но в какой-то момент поднялся и пошел следом.

Он не уходил, но держался всегда на одном расстоянии от девушки - не отставал и не опережал.

А если она останавливалась, то и он останавливался тоже, всегда соблюдая одну и ту же дистанцию.

Так они не спеша добрались до дома, где на пороге жмурился от греющего солнца Дымок.

– Проходи. Здесь тебе всегда будут рады, - снова обратилась Гуля к умному псу, совсем не чувствуя себя сумасшедшей оттого, что разговаривала с животными.

Они всегда казались ей куда более человечнее многих людей.

Девушка поспешно вошла в дом и скоро вынесла на блюдечке несколько очищенных и разделанных рыбин, и воду в миске.

– Вот. Это тебе. Любишь рыбу?

Пёс не переходил границу забора и уселся за его переделами, не торопясь подходить к тарелкам.

Может, и не был голоден.

По крайней мере, на еду не кидался.

Напротив, Гуле казалось, что пёс с интересом рассматривает ее старенький домик, и словно думает о чем-то своем, собачем.