– Духи, - вздохнула я, размышляя, как же поступить с таким более чем занимательным приглашением. Прием у градоправителя… Что мне там делать, в самом деле? И что там собираются делать со мной?

– Панна Врона как раз ими письма сбрызгивает, – уже и скрывать собственной осведомленности не стал Ян ?рлик, подходя поближе и беря в руки злосчастную записку, чтобы изучить ее с большим тщанием, чем до того.

Что ж, дурочкой он меня не считал, по крайней мере, не законченной. Не пришлось доказывать, что не на пустом месте забила тревогу.

– Мужчины… Сбрызгивает. Вот только другими, - хмыкнула я с чувством собственного превосходства, которое и не подумала скрывать..
– Так кто же все-таки желает меня видеть не приеме на самом деле?

Грешила я на персону самую что ни на есть предсказуемую – магистра Каминского. С него бы как раз сталось мимоходом подставить ещё и давнюю свою врагиню. С пани Иржиной глава драконитов не ладил, причем крепкo не ладил. Женщин он почитал за существ низших и никак не мог примириться с магессой при власти.

Рассказывали мне, правда, нервически шепотом и озираясь, что корни магистровой неприязни крылись еще и в том, что некоторое время назад вздумалось пану Мстивою зазвать Иржину Врону в свою спальню. ? та – вот незадача! – возьми и откажись. И добро бы ещё только это – так будто назло взяла себе другого любовника.

Месье Ландре, что так кстати появился в столице и очаровал весь свет.

Правдивы были слухи или же нет, ещё поди разберись, однако, Габриэля магистр Каминский люто ненавидел и словно бы без веской на то причины. И пусть был Мстивой Каминский тем еще самодуром и крутого нрава, а все же не было у него обыкновения ненавидеть людей просто так.

– Стоит взглянуть, - обронил безразлично пан ?рлик, да губы поджал. Раздумывал, стало быть, о чем-то. И напряженно-то так.

Идея вроде бы и не самая дурная, вот только самую малость самоубийственная. Вот только стоило бы не в гордом одиночестве отправиться на судьбонoсную встречу. Тыл всегда нужен, особенно, если задумал что по-настоящему опасное.

– Надо бы как раз с пани Вроной переговорить, – пробормотала я и на кавалера своего уставилась так пристально, что тот поморщился.
– А побудьте-ка вы голубем почты моей, пан Орлик.

Просьба мужчину ввергла в пучину смятения.

– Но как-то вот так… опасно же, – начал искать пути к отступлению пан учитель и лицо состроил до того жалобное, что хоть слезу пускай.

?дна беда, я была не из слезливых. И не их жалостливых тоже.

За благополучие любовника я ни капли не беспокоилась. Этого точно ни огонь, ни вода не возьмет. Даже если кто пеплом развеет – и то поди не поможет. Больно уж… юркий он.

– Что поделать, мы с вами с некоторых пор находимся в великой опасности, - ухмыльнулась я. Нехорошо так, хищно. – Так что идите-ка вы к пани Иржине и все разузнайте. Тем более, вроде вы с ней поладили.

Что уж поделать,ту сцену, когда Врона и кавалер мой премило беседовали в отеле, я запомнила намертво. И спускать просто так не собиралась.

– И что же вы каждый раз мне припоминать станете? – простонал вполголоса Орлик. Сетовал он на жизнь вдохновенно, явно не нуждаясь в моем ответе. И верно. Ведь и так было ясно – стану припоминать.

Очевидно было и то, что пока Орлик будет отсутствовать, я успею многое передумать и, как пить дать, до чего-то додумаюсь.

– Идите уже, - велела я, про себя сетуя на то, что Вацлав уже отбыл из Ломжи.

Пожалуй, ему одному я могла верить что в страже, что в охранке. Пусть и скотиной бывает первостатейной, а все же человек он по-своему честный. На такого положиться можно.

И уломать бы я его смогла…

Теперь же пан Сташек наверняка уже вне пределов досягаемости. В том числе и моей. И приходится рассчитывать только на себя – да любовника. И кто его знает, во что это все выльется?

И все-таки ?и единогo слова против посещения дома градоправителя я не услышала.

Быть может… что если третье письмо также плод стараний Габриэля? Что если это он решил подделать посла?ие от бывшей любовницы?

Но нет, глупости. Чего бы ради ему использовать такой бесполезный трюк? Я уже дважды принимала приглашения самого Ландре. И возлюбленному я все же доверяла куда больше, чем пани Вроне. Несмотря на все.

Был еще таинственный чересчур уж бесцветный пан ?лех, который вверг в смятение разом и Вацлава,и даже пана Орлика. Но если же Тадзио Олех достоин того благоговейного трепета, какой вызывал в окружающих, то как бы он мог допустить такую нелепую оплошнoсть с духами?

Пусть не так уж много довелось мне поработать с людьми из охранки, я убедилась на собственном опыте, что люди глупые и недотошные в этом ведомстве никак не удержатся, а если же и удержатся,то до больших чинов им не дослужиться.