Перед ним стоял коричневый деревянный стол с отметинами, а за столом сидел мужик. Он был одет в слишком большой чёрный халат. Капюшон болтался на спине, открывая длинную шею и фиг пойми какого возраста лицо. Худое, вытянутое, маленький лоб и торчащие волосы с седыми отметинами. Свищ гадал — седина это, или мужик выжег свои волосы ядами?

— Вот, — худая рука положила на стол свёрток.

— Этого хватит?

— Хм, — мужик усмехнулся. — На всю семью.

Значит, на одного точно хватит. Свищ не знал, чего ждать от мальчонки, а потому заказал яд для убийства семьи из четырёх человек, хотя на самом деле всё пойдёт в стакан Нолану.

— Просто высыпать в горячую воду, и он растворится?

— Всё, как ты просил.

Несколько дней Свищ следил за Ноланом и теперь точно знал, как поступит дальше. Пацан покупает кофе у Мартина каждый день, когда не уходит в пустоши. Свищ нашёл способ, как подсыпать яд в стакан, а дальше за него всё сделает химия. И даже если он сразу не сдохнет, Свищ прирежет его прямо на улице, а потом сбежит.

Всё зашло слишком далеко. Свищ смирился, что больше никогда не вернётся на Базу, если дойдёт до бойни. И фиг с ним.

Он ходит в пустоши, а отдыхает и развлекается в Перевальном. Там спокойней. Там он супер звезда и кумир подрастающих сёрчей, а здесь? Здесь шлюхи накачали его дрянным бухлом, развели на три сотни кристаллов, а на следующий день выставил перед ним двух бритоголовых мордоворотов с дубинами, и вопрос был закрыт.

— Сколько?

— Тысяча.

— Серьёзно?!

— А ты сколько хотел? — мужик улыбнулся.

— Давай восемьсот!

Мужик посмотрел в сторону двери, где пошевелился охранник.

— Ладно, — Свищ залез в карман и положил на стол мешок. — Но этого точно хватит?

— Вали отсюда, — буркнул мужик, переключившись на мешок со стеклом. — И если следы приведут ко мне, то мы твой жир на присадки пустим.

Свищ поднялся, осмотрел убогий подвал, подавил рвоту и пошёл к выходу. Вот почему он предпочитал иметь дела с червями и псами пустошей. Он всегда знал, чего от них ждать. С ними не нужно договариваться и болтать. Достал кинжал и делай дело, а потом собирай трофеи и прожигай жизнь.

Первый и последний раз он ввязался в эту игру. Прикончит мальца, заберёт награду у Преподобного и свалит в пустоши. Мальчишка уже снится ему по ночам и видится в каждой тени. Преследует его во сне и наяву. Но теперь он с ним покончит и навсегда забудет об этой харе слишком взрослого для своих лет подростка.

Свищ вышел из подвала и пошёл к мастерской.

Больше никакого Нолана. В жопу Одинова. Диосу в пекло этого пацана…

— Привет!

Свищ поднял голову, выронил яд, а его сердце замерло на секунду, будто задумавшись, а есть ли вообще смысл дальше стучать?

Глава 18

На улице стояла ночь, и в мастерскую Астры не пробивались даже лучи уличных фонарей. Окна мы завесили жалюзями и на всякий случай подпёрли дверь шкафом. Теперь в нашем маленьком тёмном царстве горел только один фонарик на стойке врачевального кресла Астры.

Свищ сидел в кресле и обеими руками держал кислородную маску. Раз в тридцать секунд баллон под креслом жужжал, спускал воздух, и тогда Свищ делал огромный вдох.

И всё равно ему не хватало. Я специально снизил подачу до минимума, который обычно используют для замещения кислорода у нулёвок, а Свищ добрался до десятого уровня потребления, и этих крох ему едва хватало. Но главное, что не терял сознание, а то пришлось бы вывалить ещё и крупную сумму за его поддержку.

— Подкинь немного, — не отрывая головы, сказала Астра. — Сдохнет.

— Не отвлекайся, Астра.

Свищ что-то промычал под маской. Слова он не выговаривал, изо рта доносились какие затуманенные кислородным голоданием звуки. Почти что лепет младенца, только с хриплым голосом и до смерти испуганной мордой. Я мог смотреть на это вечно.

Из раскурёженной левой руки Свища торчали трубки, в темени мастерской белело место отсутствующего браслета, а по предплечью стекала кровь.

— Получается? — спросил у Астры и подошёл посмотреть.

— Да не лезь ты!

— Понял.

Больше не лез. После нашей прогулки с Миридой Астра стала на удивление раздражительной. И от тех милых обнимашек, которыми она встречала меня из пустоши, не осталось и следа. Теперь она чаще фыркала, толкалась и вместо Нолан говорила «ты».

Закралось у меня одно подозрение.

Внимательно посмотрел на Астру, ковыряющуюся в кровище среди кусочков оборванной кожи. Да не… не может этого быть.

На столе перед ней лежал наполовину разобранный браслет Свища. Астра ковырялась в нём пинцетом, параллельно поглядывая на подключённый терминал. Рядом лежали образцы камней, которые она иногда закидывала в браслет, проверяла содержание, отслеживала графики на терминале, а потом снова что-то подкручивала.