Шрифт:
– Да, – кивнул принц. – Понял. Я сейчас…
Попытался встать.
С первого раза не вышло, он чуть не завалился снова. Потом кое-как встал на колени.
– Дайте руку, – попросил хмуро.
Лиз дала.
И кое-как, опираясь на нее, он смог встать. Тяжелый такой…
– Сейчас, подождите. Голова кружится.
Лиз подождала.
– Я попробую щит укрепить, – сказал Штефан. – А то уже проседает.
Закрыл глаза, покачнулся снова. Но все же устоял.
– Не бойтесь, я дойду, – хрипло пообещал он. – Вы очень храбрая. Сейчас…
Он с трудом собирался с силами, видно, как голова кружилась и не держали ноги. Действие той магии, которой их вырубили – не закончилось еще.
Щит затрещал и вспыхнул ярче.
– Давайте, пойдем. Вы только не торопитесь, ладно?
Лиз очень старалась.
Тихо, осторожно. Штефана то и дело шатало, он хватался за стены. За Лиз хватался, но очень старался не слишком наваливаться на нее. И все же шел. Чуть не навернулся с лестницы, но, сжав зубы, сползал по ней вниз едва ли не на четвереньках. «Все нормально, я сам». Лиз пыталась его поднять, он ругался, словно пьяный…
Она уже думала, что с ума сойдет.
А потом он снова споткнулся и…
И вот где-то тут, пока Лиз, рыдая и ругаясь, неуклюже пыталась поднять Штефана хоть как-нибудь, к ним из-за дверей и выскочил Люк во главе десятка людей.
ГЛАВА 27. Выдох
Они сидели у кровати на полу, прислонившись плечом друг к другу.
Даже сложно сказать, почему на полу, так вышло. Сил не было совсем. Пусто. До звона. Словно выпотрошили. Люк давно уже себя так не чувствовал.
Он, наверно, вырубился бы сразу, лишь переступив порог… Да что там, во дворе замка, перед Ковальчиком бы и вырубился, прямо посередине всех объяснений. И плевать. Но рядом была Лиз. Такая уставшая, но такая живая, теплая… и это, удивительным образом держало его.
– Хочешь? – протянул ей бутылку вина.
От напряжения до сих пор потряхивало, немного расслабиться не помешает.
– Угу.
Лиз кивнула, взяла, отпила немного прямо из горла. Передала ему. Люк тоже сделал глоток, поставил рядом. Лиз вздохнула, снова положив ему на плечо голову. Молча. У нее тоже не осталось сил. Нелегко пришлось. Черные полоски сажи на лице, где-то дотронулась и размазала… потеки слез… юбка прожженная в нескольких местах, тонкие прядки волос свернулись от жара… Но живая. Это самое главное.
Когда Люк увидел, что Агостино один, без Лиз, он чуть с ума не сошел. Чуть не бросился на него с кулаками, чуть не убил. Как тот мог оставить Лиз в огне? «Она там!» – отмахнулся Агостино. «Беги скорее». И драться некогда, набить морду принцу Люк успеет и потом, сейчас не это важно. Ковальчик дал еще людей в помощь.
Торопился, как мог. Спотыкаясь. Уже тела своего не чувствуя от усталости, забыв как сильно болят ноги и спина, как разрываются легкие… Это не важно. Важно успеть.
Когда Люк наконец выскочил прямо на нее у лестницы, Лиз замерла на мгновение, словно не веря, потом вскрикнула, кинулась к нему и разрыдалась. От облегчения, от понимания, что все закончилось. Он подхватил ее на руки, но не устоял на ногах, они оба завалились на пол… Не важно. Смеясь… Он обнимал ее и понимал, что все. Самое главное сделано, все живы. Дальше справятся и без них.
Штефан там, в коридоре, тоже без сил сел на пол, тяжело дыша.
Примчавшийся Ковальчик уже поднимал по тревоге людей. Уже тушили дворец, выводили всех, кто остался внутри, выносили тех, кто без сознания и сам идти не мог. Агостино уже выводил короля…
И… все. Дальше королевские службы разберутся сами. Конечно, Люку потом еще придется все объяснять и писать отчеты, но делать прямо сейчас больше ничего не нужно. Даже Штефана подхватили гвардейцы и повели к выходу.
Как вышло все это – сегодня думать не было сил. Хотелось просто упасть и уснуть.
Лиз тихо прижималась к нему. И от этого становилось совсем хорошо. Спокойно.
– Что теперь будет? – сонно спросила Лиз, обнимая его руку, глядя на него.
– Не знаю, – сказал он. – А что должно быть?
– С нами? – спросила она. – Со мной.
Запирать в подвалы ее больше не стали. Король нахмурился было, спросил, почему она здесь, ведь недавно приходила убивать Штефана, но Штефан горячо вступился и отстоял. Ладислав махнул рукой, сказал, пусть Ковальчик разбирается сам, кто там в чем виноват.
Все слишком устали.
– Все будет хорошо, – пообещал Люк.
Она шмыгнула носом и уткнулась ему в плечо.
Люк улыбнулся, осторожно погладил ее волосы. Волосы пахли дымом.
Лиз улыбнулась, закрыла глаза. Надо бы на кровать, но шевелиться страшно не хотелось. И ей тоже. Она просто сидела.
* * *
Лиз проснулась на кровати.
Вообще не помнила, как на кровать забралась, помнила только, что сидела с Люком на полу. В полусне забралась? Или это Люк ее сюда затащил?