– Чтобы я ещё раз согласился кого-то сопровождать! Никогда больше! Ладно ещё, какой дурак-турист ногу сломает или потравится чем. Но ты всех переплюнул, брат! - пробираясь по наиболее узкому месту вентиляции, Матвей не переставал ругаться. Сыщик его прекрасно понимал, поэтому не пытался возражать.

Они миновали без происшествий почти весь сектор. Андрей благодарил небеса, что им не попался тот блок, где он видел пропавшего отшельника, в доме которого они провели ночь. Помочь бедняге не в их силах, а смотреть на его мучения было невыносимо.

Серая зона, о которой говорила Ирина, находилась уровнем ниже, поэтому сейчас они спускались по шахте, цепляясь за едва выступающие швы между блоками. Пыхтя, как паровоз, Андрей попытался расслабить сведённые судорогой руки и перенёс вес тела на ноги. Упираясь спиной в противоположную стенку, они медленно продвигались вниз. Казалось, прошла вечность, когда показалось дно.

Рухнув на спину, мужчины отдышались, размяли ноющие конечности, и Матвей открыл схему. Дальше предстояло двигаться параллельно помещениям этого уровня по трубе вентиляции. Потом должен быть технический отсек, называемый серой зоной. Там располагались все необходимые для функционирования базы службы. Котельная, насосная, очистительная и прочие станции занимали половину уровня. Но главное, здесь был лифт, ведущий в доки. Правда воспользоваться им самостоятельно напарники бы не смогли. Ирина объяснила им, что все ключевые выходы требуют пароля, который имеется у считанных сотрудников.

Этот отсек базы был хорош тем, что там можно было укрыться среди многочисленных агрегатов и спокойно дождаться Ирину, не привлекая к себе внимания.

Мужчины добрались до конца шахты и обозрели помещение. Казалось, ему нет ни конца, ни края, при этом ни единого свободного клочка пространства не было, словно сюда впихнули всё, что только можно было уместить.

Прямо под ними проходили толстенные трубы, слышался шум воды. Напарники спрыгнули, приземлившись на трубу, Андрей при этом чуть не свалился в промежуток между нею и стеной. Нырнув в лабиринт механизмов, напарники скрылись из виду.

Глава 43

Капля пота стекла по ложбинке позвоночника, Ирина поёжилась и взглянула на Никиту. "Если он сейчас что-то скажет, мне конец". Лесниковский молчал, ожидая ответа, молчание затянулось.

– Так о каких же людях надо рассказать, а, Ирина? - приторно ласковым голосом поинтересовался он снова. От его тона у женщины пробежал холодок по телу, шеф переходил на приторные интонации только перед экзекуцией.

На помощь пришёл Никита, он откашлялся и произнёс, запинаясь:

– Антон Иванович, тут произошла небольшая... нестыковка, так сказать. Мы с Ириной говорили о людях, прибывших к нам. О гостях. И выяснилось, что кое-кто нам соврал.

– Неужели? А у меня ведь тоже создалось ощущение, что кое-кто соврал. Ты! Сейчас! Мне! - Голос Антона Ивановича поднялся до визга.

Ирина кинулась к шефу и успокаивающим жестом погладила плечо, главное, Никита на её стороне, они обыграют этого упыря, надо только убедить его в искренности.

– Пожалуйста, Антон Иванович, не кричите! Мы и вправду обсуждали гостей. То, что они нам сообщают о себе сами, и сведения из разных источников, интернета и прочих... Наверняка, не все из них правдивы! Есть расхождения в данных, даже нами самими собранных, что уж говорить о том, что могут рассказать гости о себе! Каждый из них пытается представить себя в лучшем свете! В данный момент мы проводим сеанс предварительной подготовки объекта номер два, и программа сейчас на этапе сопоставления нейронных взаимодействий. Основная масса данных уже загружена в ЭТО, и мы ожидаем окончания процесса, чтобы запустить модуль визуализации.

Словно в ответ на её слова сфера над телом подопытной женщины заискрилась в последний раз и погасла. Никита подошёл к панели управления и задал программу. На экране появились первые изображения, отдельные образы, пока ещё неуловимые, замелькали с немыслимой скоростью. Квантовый компьютер обрабатывал информацию из мозга человека, переводя её в доступный для восприятия формат. Теперь вся личность Маргариты осталась в его памяти, навсегда впаянная в сотни других, её опыт перешёл в опыт ЭТО.

Немного успокоенный Лесниковский подошёл к экрану, постоял немного, переминаясь с пятки на носок. Наконец, произнёс, с подозрением глядя на Ирину:

– Через час протокол для этого пациента должен быть начат. Мне доложишь лично.

– Будет сделано, Антон Иванович, - Ирина согласно наклонила голову, - зайду к вам в девятнадцать часов.

Не взглянув ни на кого, Лесниковский вышел, Ирина ещё с минуту смотрела на закрывшуюся за ним дверь. "Вроде поверил". От облегчения у неё задрожали руки, но на проявления чувств времени не осталось.