– И утаскивать с собой людей! - Кивнул охотник, - я понял. Вы большие молодцы. Медали не хватает!

Учёный сник, проговорил упавшим голосом:

– А почему, по-вашему, я пошёл с вами? Думаете, мне всё это нравилось?

– А разве нет? - Матвей злобно посмотрел на него, - вас заставляли пытать и убивать людей? Проводить над ними бесчеловечные опыты, как над крысами?

– Да! - прямо в ухо охотнику воскликнула Ирина, - представь себе, заставляли. Никто из нас поначалу не знал, чем придётся заниматься. Лесниковский заманивал сюда каждого сотрудника небывалыми обещаниями, огромной зарплатой и возможностью работать на опережение современной науки! Случайных людей среди нас не было. Конечно, технические работники, обслуживающие, транспортные ни о чём не догадывались. Но тот, кто попал однажды в зону Гамма, назад вернуться не мог! Антон Иванович... Он не признаёт полумер!

Охотник набрал в лёгкие воздух, чтобы продолжить перепалку. Сыщик предупреждающе кашлянул и обратился к Матвею:

– Притормози, друг. В конце концов, если бы не Ирина и Никита, кто знает, как бы всё обернулось! Лучше давай введём координаты Сольцево. Сможем же туда проплыть? - Обратился он уже к Никите.

Собираясь с мыслями, Никита всматривался в карту. Сольцево находилось достаточно далеко от Чёртовой поляны, даже если провести прямую линию. Что уж говорить о том, что на подводном судне, пусть и быстроходном, к нему придётся плыть окольными путями, петляя по руслам рек. Наконец он выпрямился и уверенно сказал:

– Проплыть сможем, но потребуется дозаправка. Есть пункт, отсюда сто десять километров плыть.

– Это что ж за пункт такой? Канистру на дереве подвесили? - Удивился Матвей.

– Ну зачем на дереве? Это неудобно, да и вдруг увидит кто. Пункт под водой. И лежит на пути к Сольцево.

Недоверчиво покачав головой, охотник отвернулся к голографическим экранам, отображающим внешнее окружение. Они уже миновали горный тоннель и над головой поплыли светлеющие в лучах фонарей льдины, покрывающие поверхность реки. Все, кроме Маргариты, задрали головы и любовались сверкающими переливами льда наверху. На поверхности Солнце уже село, и сквозь лёд не пробивалось ни единого светлого лучика.

– Мне что-то нехорошо, - вдруг произнесла Маргарита. Все озабоченно повернулись к ней, кожа её блестела от пота, хотя в кабине было довольно холодно.

– Как именно нехорошо? Где-то болит? - Спросила Ирина.

– Нет. Я не могу объяснить. У меня словно кто-то в голове, как будто кто-то внутри меня. - Женщина откинула голову и зажмурилась. Ирина с Никитой обеспокоенно переглянулись.

– Это похоже ... - Начал Никита, но его слова прервал всплеск синего огня. Прозрачный лёд над лодкой засверкал, все оттенки голубого и синего пламени заиграли в бесконечных переливах ледяной корки над ними.

В ту же секунду Маргарита закричала, тело выгнулось дугой с такой силой, что пряжка ремня безопасности отлетела и зацепила щёку Ирины, находившейся ближе всех. Из горла женщины вырвался фонтан крови и осел брызгами на всех поверхностях кабины и лицах людей. Андрей с охотником одновременно протянули руки к Маргарите, что-то бессвязно крича и требуя у Ирины какое-нибудь лекарство. Поймав колотящуюся руку женщины, Андрей попытался сжать её и уберечь от ушибов, как вдруг почувствовал, что его пальцы провалились сквозь плоть. Словно в кошмарном сне, он поднёс свою ладонь к глазам и увидел сине-зелёные ошметки отвратительно склизкие на ощупь.

В эту секунду крик оборвался, и в наступившем безмолвии люди в лодке с ужасом увидели, во что превратилась женщина. Кто-то шумно вздохнул, Ирина пыталась отодвинуться от кресла Маргариты, и практически уселась на колени к охотнику. Впрочем, тот не возражал, ошеломлённый и не верящий своим глазам.

С кресла вперемежку с одеждой стекала на пол кабины аморфная жижа, с каждой секундой тая и шипя. Застёжка молнии зацепилась за ручку кресла, и блузка осталась висеть, остальная одежда сползла на пол. Синие сполохи исчезли, словно выключили электричество, и лодка понеслась дальше в темноте, освещаемой лишь габаритными огнями.

Глава 47

– Первые опыты с живой тканью начались десять лет назад. Я уговаривал Антона не торопить события, приводил доводы, но... Легче убедить ворону не каркать, чем Лесниковского ждать. Он зациклился на одной-единственной идее. Бессмертие. Именно физическое бессмертие, когда твоё тело и разум не стареют и не умирают. - В тишине кабины голос Никиты звучал глухо, подавленно. Они плыли уже несколько часов и страшно устали. Тело затекло в сидячем положении, невозможно было вытянуться или встать в полный рост, - он хочет жить вечно и готов абсолютно на всё ради этого. Финансируется эта научная база из карманов богатейших людей страны, но ни один из них не знает, что именно ищет Антон Иванович. И многие из них давным-давно почили здесь, отдав за это свои же деньги! Он мастер на красивые сказки. Справедливости ради, скажу, что при этом он гений.