Шрифт:
– … И узнала у знакомого милиционера, что на углу Набережно-Крещатской и Спасской – пожар!
– Слушай, а ведь и, правда, пожар. Мы же только что видели, – заговорил Моня.
– Заткнись, – сказал Седой. – Дай послушать.
– Да что вы, Синкопа?! И что же там так горит? Надеюсь не радиоприемник FM, настроенный на волну Авторадио?
– Мне сказали, что полноприводный красавец «БМВ 745», черный как Майкл Джордан, был обстрелян из гранатомета. Машина была бронированная, граната соскользнула и попала в дом. Угол дома горит, я вижу отсюда сама. Приехали пожарные и очень много… Ш ш ш ш ш ш ш…
– Во дела! Из гранатомета грохнули бээмвуху, – усмехнулся Моня. Семьсот сорок пятый – хорошая тачка!
– Теперь перекрыт весь Подол, хорошо, что мы успели Верхний вал проскочить, – проговорил Седой и прибавил скорости.
– Я знаю, у кого есть гранатомет, – сказал Моня.
– Ну и знай себе, а нам не нужно, – разумно проговорил Дима.
– У этого, как его…
– Саша! – включился Седой. – Оставь при себе!
Моня замолчал.
– Вова, а ты не договаривался, сколько их будет человек? – спросил Димедрол, меняя тему.
– Дима, все нормально. Клиент мой друг, я же тебе говорил. – Он повернулся к Диме. – Успокойся, я его знаю со школы. Знаю где он живет, знаю жену, знаю, где учатся дети. Мало?
– Да нормально, нормально… О последней цене ты говорил?
– Говорить будешь сам. Я не маржовщик, Дима. Как договорились, мне пять процентов. Смотри сам, но двенадцатый век…
– Девятый…
– Да, тем более, девятый век. Девятый век! Торгуйся – и больше я ничего не скажу.
– А что получит твой школьный друг?
– Ему оплата с той стороны. Ты об этом не думай.
Димедрол нахмурился, и весь ушел в себя, перебирая мысли. Моня молчал. Закурил сигарету.
– Открой окно, Саша. – Тот открыл. – И не кинь бычок на пол. Новые ковры.
Проскочили проспект Генерала Ватутина, свернули на Братиславскую… Лесной проспект…
– Ох и дебри, Вова, – заволновался Димедрол.
– Здесь живут одни работники МВД.
Въехали в район дач. Потом в лесопарк на узкую, бетонированную дорогу.
– Лучше бы мы встретились у меня, – продолжал нервничать Дима.
Свернули на развилке и подъехали к красавцу особняку высотой в три этажа.
– Смотри внимательно и запиши адрес, если ты такой нервный. Кругом коттеджей – штук пятьсот. Тут народа – как на Крещатике, – сказал Седой сжавшемуся Димедролу.
– Все нормально, Дима, – вставил слово Моня. – Ты чего? Кругом валом людей. Вон, видишь, вдали еще один домик виднеется. Мы что, золото везем?
– Саша, ты ствол взял?
– Нет.
Димедрол резко повернулся к Моне, сидящему сзади.
– А почему?
– Я что – больной? А менты?
– Так мы вообще без ничего?!!
– Дима, у тебя паранойя. Это пройдет, – сказал Вова Суворов и вышел из машины. Вытащил мобильный телефон. Набрал номер. Ответили.
– Береза, мы у твоей двери. – Спрятал телефон в карман.
Димедрол и Моня вышли на свежий воздух. Стали рассматривать дачу.
– Круто, – оценил Саша Маринин.
Дверь в заборе открылась, и появился небольшой, полненький еврейчик. Поздоровались. Седой представил всех друг другу. Затем прошли в дом мимо большой афганской овчарки, которая безразлично глянула на них и отвернулась. Расположились в холле, на первом этаже. Димедрол успокоился, и настроение его опять поднялось.
Миша Береза (Михаил Березовский), специалист по антиквариату, любил свое дело и относился к нему серьезно. В парке, возле гостиницы «Барселона», где собирался по определенным дням антикварный мир бывшего СССР, не светился. Он совершал только крупные сделки. И только дома. Такая стратегия была ему по душе. Клиентура сложилась постоянная, и все происходило без нервов и кидалова.
Жена принесла кофе и пирожки.
– Ну, где ваш образец? Спросил Миша, уткнувшись увесистым носом в чашку кофе.
– А где покупатель? – намекнул на несоответствие торговой ситуации Дима.
Миша глянул на часы.
– Сейчас они будут. Вы приехали на десять минут раньше. Пейте кофе. – И снова уткнулся носом в чашку.
– Миша, там все нормально? – спросил Седой.
– Вова, что ты имеешь в виду? Вы у меня дома!
– Изделие в машине, я потом схожу, возьму, – сказал Дима и вытащил несколько фотографий. – А пока посмотрите вот это.
Миша взял фотографии и стал внимательно разглядывать. Снял с полки толстый справочник и стал его листать. Все молчали. Седой странным взглядом посмотрел на Димедрола.