Она думала о них обоих, об их любви к жизни, о себе самой, думала и о Венете.

— Так-так, еще немного, еще немного, — поддерживал Велико Драган. — А как только крепко встанешь на ноги, никаких санаториев. Ко мне приедешь, на виноградник. И виноград у меня есть, и мед, а о вине и говорить нечего. — Драган помог ему лечь, натянул на него одеяло, укутал его. — Я тебя буду ждать, так и знай. Сколько работы нам предстоит! И памятник Ярославу ждет. Он словно живой будет... — И Драган ушел в сопровождении медсестры.

Велико долго молчал, потом сжал пальцы Сильвы своей большой рукой.

— Заново родился! — прошептал он. — Наконец-то Драган вернулся. Теперь, что бы там ни случилось, я спокоен, — он прикрыл глаза и глубоко вздохнул.

И Сильва вдруг почувствовала облегчение. По ее щекам покатились слезы.