Архимед показывает на лежащий на столе у Полины «Журнал наблюдений за животными».

АРХИМЕД. У нее даже есть журнал, куда она записывает свои наблюдения.

ЭЙНШТЕЙН. У морковки, как и у лисы, есть хвост, однако это не делает ее лисой.

АРХИМЕД. Твой аргумент ненаучен. И вообще – нельзя так пренебрежительно относиться к объекту исследования.

ЭЙНШТЕЙН. А ты, мне кажется, относишься к ней слишком пристрастно. Мебиус, а ты что об этом думаешь? Мебиус?

Эйнштейн и Архимед оглядываются и видят, что Мебиус лежит в своем аквариуме и грустно смотрит в потолок.

Архимед забрасывает паутину на люстру и спускается на ней к аквариуму Мебиуса. Он зависает прямо над лежащим Мебиусом.

АРХИМЕД. Мебиус, что с тобой?

Архимед лапкой приподнимает веки Мебиуса и заглядывает в его зрачки.

АРХИМЕД. Ты что, заболел?

Эйнштейн. Может, это спячка на него так действует? Или ты еще не проснулся?

АРХИМЕД. Мебиус! О чем ты думаешь! Скажи нам! Мы же твои друзья и коллеги!

МЕБИУС. А… Вам этого не понять…

АРХИМЕД. Мебиус, мы же все участники одной экспедиции. У нас не должно быть секретов.

ЭЙНШТЕН. Хватит валяться здесь, как дождевой червяк! Пойдем в лабораторию.

АРХИМЕД. Давай, Мебиус, поднимайся. Не время разлеживаться. У нас полно работы.

Мебиус неохотно поднимается. Вся троица залезает на шкаф, где за большим черным чемоданом оборудована лаборатория.

ЛАБОРАТОРИЯ ЗА ЧЕМОДАНОМ.

Лаборатория выглядит так: вдоль стены стоит длинный стол, на котором стоит ряд пробирок, с которыми тут же начинает возиться Эйншнтейн. В продолжение все сцены он что-то ссыпает в пробирки, разбавляет, перегоняет, фильтрует, разбавляет…

Черная стенка чемодана, обращенная к стене, исписана формулами и рисунками молекул, в которых угадывается спиральная структура ДНК.

Возле чемодана стоит другой стол, на котором стоит микроскоп. А посередине стоит кресло, на которое немедленно заползает и

сворачивается в клубок Мебиус.

Архимед садится за стол, заглядывает в микроскоп, затем достает из стола тетрадь, на которой написано «Журнал наблюдений за людьми». И что-то туда записывает.

АРХИМЕД. Мне кажется, Полина все-таки испугалась за нашего Мебиуса.

ЭЙНШТЕН (не отрываясь от работы) Ты антрополог, тебе виднее.

АРХИМЕД. Мебиус, не засыпай.

ЭЙНШТЕЙН. (продолжая химичить) Сейчас я его взбодрю.

АРХИМЕД. Мебиус, коллектив ждет твоих объяснений. В чем причина твоего дурного настроения?

ЭЙНШТЕН. Поправка – постоянного дурного настроения.

АРХИМЕД. Плохие новости из дома? Что-нибудь с родителями?

МЕБИУС. С тех пор как родители перешли из зоопарка в цирк, им не до меня….

Мебиус косится на висящую на стене афишу цирка, на которой среди других зверей видны два удава.

АРХИМЕД. Так в чем проблема?

МЕБИУС. (вздыхает). Когда я учился в университете, я думал, что я буду настоящим исследователем. Буду изучать жизнь дикарей в Полинезии, буду открывать загадочные страны, плавать по далеким морям…

ЭЙНШТЕЙН. Какие тебе моря? Ты же даже плавать не умеешь!

МЕБИУС. Разве мог я тогда представить, что буду сидеть в обычной квартире в Марьине и изучать самую обычную человеческую девочку.

АРХИМЕД. Мебиус, ты не прав! Наша экспедиция крайне важна.

Эйнштейн заканчивает свою работу и одну за другой подставляет три кружки под трубочку, из которой льется темная дымящаяся жидкость. Эйнштейн раздает кружки друзьям. А Архимед делает глоток и смотрит на Эйнштейна.

АРХИМЕД. Отличный кофе, как всегда.

ЭЙЕНШТЕН. (фыркает). Вот еще, как всегда! Это не просто отличный кофе. Это царь-кофе. Двойная перегонка и тройная очистка. Я посвящаю этот кофе моему другу Мебиусу.

Архимед и Эйнштейн смотрят на Мебиуса, а он машинально выпивает всю кружку, не чувствуя вкуса, и, очевидно, вообще не очень осознавая, что он делает. Эйнштейн с обиженным видом ставит свою кружку на стол.

МЕБИУС. Что такого важного в нашей работе? Объясни!