«Он говорит про нас! — яркие образы в сознании человека отразились и в разуме Харси. — Ох ты ж… они хотят убить нас!»

— Сидим, как на бочке с термитом, — он ещё раз ударил контейнер под собой, — и задание провалили… Сольтен на ушах, за нами погоня… может, запросим подкрепление?

— Так мы лишь привлечём внимание, — покачал головой широкоплечий. У Харси возникло ощущение, что он уже где-то его видел, — эти роботы хоть и тупые, но слишком быстрые и опасные.

— С воздуха мы прикрыты деревьями, но лес скоро кончится, — возразил первый, — нам в любом случае надо поднять истребители.

— Когда доедем до Тоту, тогда и поднимем, — тот немного подался вперёд на свет лампы, и Харси узнал это лицо, — и я думаю, ты прав. Эххиец пусть сам ищет себе железки, а этим ублюдкам я лично вскрою позвоночники и выпущу душу. Они заплатят за Мийера и всех остальных, кто погиб на той войне!

«Значит, и остальных поймали, — люди сменили тему, заговорили о чём-то другом, и Харси потерял интерес, — что же делать?..»

***

Тоту — река полноводная. Протекая из Роронских гор через Кольцо Мерати, она широкой лентой разделяла Нелию и Бевиар, поощряя судоходство между странами. Песчаные берега, порой, сменялись на каменистые, пахнущие водорослями и рыбой, изредка образовывая неглубокую лагуну. Тоту всегда изобиловала рыбой, бобрами, выдрами и прочими богатствами, кормив многие селения людей у своих берегов. Процветающая Кайлити того времени активно этим пользовалась, практически полностью сгубив популяцию редкого «красного» бобра, чей мех так нравился нейге и тайли Аполотона. Уже позже, когда отгремела Железная Война и Кайлити раскололась, бобров начали выводить в специальных заповедниках, и об экологической катастрофе забыли. А вот о методе строительства дамб, которые люди подглядели у тех самых бобров, нет.

Крики чаек, гнездящихся среди гальки и разрушенных пристанях, уже пронзали розовеющее небо. Золотистые блики весело играли в волнах речки, разбивающихся о выщербленные набережные, некогда бывшие городом Локантаком. Именно здесь пролегал мост, за который так ожесточённо дрались «Хранители» и «Рассвет». Этот узкий перешеек между двумя странами составлял всего три десятка километров, и из разрушенного города можно было увидеть даже тонкую тёмную полоску укреплений на другой стороне. Ощерившаяся артиллерийскими и ракетными установками крепость «Доу-Отис», центр обороны Южного Фронта, разрослась на месте уничтоженного бевиарского города Отис, откуда и получила своё название с приставкой на наречии южных Лэттов, переведённая как «Несломленный». Там, где некогда цвела жизнь настоящего торгового государства, теперь гремела утренняя команда «Подъём!», поднимающая всю часть на ноги. Вступив в Альянс, Бевиар и сам не заметил, как потерял суверенитет, фактически став частью Королевства, а учитывая непрекращающийся и сейчас поток беженцев из бывших нелианцев и ловитанцев, то Владыка Эххи мог с уверенностью провозгласить, что одна из бывших колоний вернулась под крыло родительской метрополии. Проблема оставалась лишь в остальном Кайлити, которая, вопреки заверениям учёных и экспертов робототехники, не заржавела и заглохла, «пункта управления», а напротив, начала активно процветать.

Транспортник Альянса, поблёскивая массивным бампером на тупой морде, быстро выехал из-за молодых дубов, огибая воронку посередине дороги. Они ехали всю ночь и встретили рассвет уже выехав из Чара, посёлка близ самого города. Разбитая дорога тормозила их путь, но люди знали — они в безопасности. Даже если над ними внезапно покажутся турболёты Союза, они успеют въехать в Локантак под прикрытие заградительного огня зениток. А там до моста на Бевиар недалеко. Его конструкция — ещё один памятник оригинальности и талантливости нелианских инженеров. Помимо привычных свай и опор, мост держался на «Халецеле» — исполинском линкоре, некогда бывшим флагманом Ферранта Сеттера. Корабль неподвижно стоял на мели уже многие годы, превратившись в надводную базу, откуда проходил досмотр как проезжающих машин, так и проплывающих судов. К тому же, двигатель корабля переделали под гидроэлектростанцию, подающую энергию двум городам по обе стороны моста. Говорили, что идея такого моста пришла в голову нелианцам, когда те начали выращивать «красных» бобров. Глядя на их хатки и плотины, люди переняли главный принцип и применили в мостостроении.

Харси почувствовал, что они въехали в обжитую зону по прекратившейся тряске и крутых поворотов. Испуганно дёрнувшись, он попытался разомкнуть оковы на руках, но их конструкция сдержала бы и взрослого анимагена, не говоря уж о нём. Отголоски мыслей людей вновь исчезли, закрытые пси-блокираторами, но юный беот ощущал, что двое из них до сих пор сидят на крышке контейнера.

Несколько раз машина останавливалась, передавая коды пограничному пункту управления. Мало кто из рядового состава «Хранителей» знал, но весь город был заполнен магнитными минами, цепляющихся сильными магнитами к бронетехнике над ними и подрывая заряд непосредственно в кабину. И если чужак оказывался на территории Локантака без нужных кодов, активированные мины тут же решали эту проблему.

Широкую основную магистраль, характерную для большинства нелианских городов, солдаты тщательно расчистили от мусора и обломков, открывая турелям и стрелкам линию огня. Вдобавок ко всему, его оснастили передвижным генератором щита-купола и даже системой самоуничтожения, чтобы подорвать мост в случае прорыва. Хотя, чтобы прорвать такие укрепления требовалась действительно большая армия. Тёмно-серые доты и бункеры, широким строем расположившиеся поперёк дороги, содержали вооружённых до зубов солдат и тяжёлые орудия, способные за один выстрел уничтожить целый танк. За ними, возвышаясь и закрывая ольмирский свет, стояли опорные орудийные башни, использующие новейшие лучевые пушки, облегчённые модификации, главных орудий «Испепелителей». Ну, а дальше расположились стены самого пункта, защищённые тугоплавким бетоном и многочисленными бойницами, откуда вели огонь лёгкие турели.

Транспортник выехал из проулка прямо к бункерам, медленно двинувшись вперёд. Дорога сужалась до узенького проезда между плотными стенами дотов, перекрытая силовыми полями. Сидящие внутри дозорные равнодушным взглядом провожали подъезжающий грузовик на шести колёсах, блестящий тёмно-синим телом.

Харси вдруг осознал, что его способности подавляют не пси-шлемы людей, а нечто большее. Поле Конвентума, как называл это отец, созданное сильным нотом. Или же…

«Хм, интересно… — прозвучал в голове мелодичный голос, явно принадлежавший либо юноше, либо молодому мужчине. — Юмена ещё не видела детей, но они вправду существуют… очень интересно!» «Помогите! — мысленно закричал беот, пытаясь пробиться сквозь густую и тягучую пелену чужой воли. — Они хотят убить нас!» «Ты слышишь меня? — удивился тот. — Любопытно… значит, ему всё-таки удалось изменить ноосферу! Анимаген. Ты слышишь меня сейчас?» «Да! Да, я вас слышу! — Харси ухватился за его голос как за спасительную соломинку. — Помогите нам! Эти люди говорили, что убьют нас, когда достигнут какого-то моста!» «Вот как? — интонация голоса приобрела холодный оттенок. — Ну, это мы ещё посмотрим…» «Подождите! — он почувствовал, что яркие мысли таинственного незнакомца исчезают. — Как вас зовут? Вы нот? Где вы?» Но тот больше ничего не сказал, оставив зайчонка лихорадочно размышлять, что их ждёт дальше.

***

«Халецел» совершенно неподвижно стоял на воде, не обращая внимания ни на волны, ни на порывы ветра на мосту, который стоял на его палубе. Чёрное дорожное покрытие выглядело ровным, словно только что постеленным, без трещин и каких-либо других изъянов. Некогда высокие каменные парапеты, с фигурами летящих Келеев, грифонов и пегасов, во время войны оказались уничтожены, раздроблены в щебень или расплавлены высокими температурами орудий. Теперь дорогу ограждала лишь посредственная металлическая решётка, сделанная лишь с целью уберечь от падения технику, а никак не удовлетворить культурные вкусы. Шестиколёсный транспорт, пройдя все уровни контроля, быстро набрал скорость, приближаясь к середине реки, как раз к тому месту, где стоял бывший линкор. Им навстречу проехала колонна из лёгких бронемашин, гружённых солдатами-сменщиками. Доу-Отис медленно вырастала на горизонте, поблёскивая лучевыми башнями и вышками связи в рассветных лучах. Не доехав до линкора нескольких метров, транспортник остановился. Дождавшись, когда колонна проедет, командир отряда открыл створку и вышел наружу, с прищуром старого боевого офицера взглянув на крепость впереди. За ним, поминая Спирусов всуе, выходили его подчинённые, бойцы разведкорпуса «Хранителей». Петлицы и эмблемы на их воротниках и нагрудниках, в виде серебряного щита с хохлатым голубем и нимбом, ярко блестели в лучах светила, отражая блики на тусклую поверхность шести контейнеров. С презрением фыркнув, офицер провёл магнитным ключом по стягивающим ободкам и, набрав комбинацию, открыл первый из них.