Молодой человек глянул на потемневшее лицо куратора и не стал задавать лишних вопросов. Во время езды он совершенно протрезвел и готовился к неприятному разговору. Что-то их очередной «проход» как-то не задался.

Михаил загнал мотоцикл обратно в гараж, убедился, что Валерик сладко спит на веранде, и вернулся в дом. Семен уже сервировал стол. Он успел добыть у соседа прошлогодней картошки и сделал «полевое» рагу с тушенкой.

— Хозяйственный ты парень, — похвалил Сеню Натан Иосифович и налил себе из фляжки коньяку, оправдываясь: — Это от нервов.

— Что-то случилось, дядя Натан?

— Ох, случилось, Миша.

Мужчина оторвался от еды и скорбно положил на стол руки. Глянул на пустой стопарь, тяжко вздохнул и потянулся за фляжкой.

— Дядя Натан, может, перед тем, как напиваться, вы бы сначала объяснились, — с нажимом заявил Михаил. Ситуация чем дальше, тем больше ему не нравилась. Вчерашнего смертоубийства хватило бы на самый лютый проход в объятую послевоенным беспределом копию СССР.

— Да, ты прав, — Натан Иосифович нехотя отложил фляжку, его голос окреп. — Дело в следующем. Обложили нас повсюду, как волчар. В сторону нашего хода не проехать и не проплыть.

— Точно? — встрепенулся Семен. Не любил он непредвиденных осложнений.

— Досрочно! Ход расположен в райцентре, а туда дорога через реку. Мосты перекрыты, на въезде патрули. Ищут серую машину с нашими номерами.

Михаил так и застыл с ложкой в руках.

— Дела…

— А на лодке?

— Уже думал. Менты всех местных оповестили, а мы без транспорта на той стороне будем. Там еще двадцать километров пилить. На чем? Спалимся на любой попутке, а пеших сдадут аборигены за ящик водки. Это на словах они за понятия, а своя рубашка все равно ближе к телу. Уже не раз проверено.

— Пешком через леса?

Натан Иосифович покачал головой:

— Долго, да и риск слишком велик.

Парни переглянулись, у Семена загорелись злостью глаза:

— Чего они так? Тут же все равно бардак!

— Бардак-то бардак, Сеня, но органы тем и живут, что друг за друга горой. Только вот майора мы не убивали. С этого сыр-бор скорее всего и начался.

— Майор — твоя крыша?

— Да, — мужчина все-таки налил стопарь и убрал фляжку в саквояж. — Обложился вроде со всех сторон, а оно вон как вышло. Поганое тут место для жизни.

— А чего тогда здесь?

— Выгодно. Там, где мутно, всегда прибыльно.

— Тогда чего плачешься?

Мужчину передернуло, но он рассмотрел обозленные взгляды парней и присмирел.

— Ребятки, у меня к вам деловое предложение. Придется возвращаться.

Михаил испытывающе посмотрел на резидента:

— Не отсидеться?

— Кто-нибудь обязательно сдаст. Тут маму родную за ящик водки продадут. Мир крыс и стукачества. А менты друг за дружку держатся лишь потому, что их иначе бы перестреляли. И нас в плен брать не собираются. Замочат на месте.

— Дела… — снова протянул крепыш, уставившись на початую бутылку, стоявшую с вечера.

— Так что остается лишь один шанс, — Натан Иосифович посмотрел на молодых людей серьезно, — идти ходом в мир Гэбэшников.

— Ты в своем уме? — взвился Семен. — Да как мы…

— Сень, успокойся. Не видишь, что мы попали. Дядя Ак городу вечером, как начнет смеркаться. Я дорогу такую знаю, что никто нам её не перережет. Она закрыта уже пару лет как, но проехать там можно.

— Кем и для чего закрыта?

— Да там одни слишком умные коммерсы строить пытались, но внезапно умерли. Территория еще не поделена, забыта и позаброшена.

— Так.

— Хоронимся рядом с ходом и устраиваем разведку. И самое главное, ребятки. Каждому после дела плачу по сотке коинов.

— Даже если не гонишь, то куда такие бабки нам? Директория тут же за задницу возьмет.

Мужчина покачал головой:

— Не только они такие умные. Но вы меня знаете — пустопорожних обещаний я не даю. Воспользуетесь валютой уже через пару лет.

Парни задумались. Они столько и за год не зарабатывали. А ситуации случались разные.

— Мы в деле! Какие мысли?

Резидент встал и указал Семену на шкафчики старого серванта:

— Найди пока инструменты, — сам он полез куда-то вниз, оторвал доску от стены и достал оттуда новые автомобильные номера. — А сейчас за мной, мальчики.

В сарае он поставил Семена менять номера, а сам начал срывать с корпуса АЗМ серую пленку. Из-под нее неожиданно открылась родная зеленая краска автомобиля.