Да нет, зря он так на ребят плохо думает. Да и не пацаны они вовсе, тридцатник разменяли. Эти два ходока ему нравились своей продуманностью и хваткой. Другие вряд ли смогли вывести резидента из западни. Да и фартовые, надо признаться, ребята. Ну а что ими движет? Так Йосыч еще не выплатил им основную часть золота. В это старый еврей поверил сразу. Но тогда все становилось понятно. Непонятен был интерес Директора. Но скоро мы это узнаем!

— Толик, ты пил кофе? Хорошо себя чувствуешь?

Валерия, как всегда, нарисовалась незаметно. Как она умеет по-кошачьи мягко и беззвучно двигаться! И грация! Засмотревшись на симпатичную и еще не старую женщину, Натан Иосифович широко улыбнулся.

— Лерочка, а не пошалить ли нам сегодня!

— Ого, какое у нас игривое настроение! — женщина внимательно посмотрела на него. Но флюиды радости, исходившие от бывшего резидента, творили сейчас чудеса. — Тогда я в душ!

Натан Иосифович некоторое время смотрел вслед женщине. Да, они регулярно занимались с ней тем, о чем в здешнем мире предпочитали умалчивать. Очень такой странный асексуальный вариант Советского Союза. Половое воспитание здесь табу. Только с восемнадцати лет для тех, кто решил завести семью. Поэтому, наверное, в высшем свете так и распространены извращения. Соловьев кое-что ему рассказал и было даже не смешно.

Хоть возраст бывалого ловеласа был не из пламенных лет страсти, но кое-что Йосыч умел и очень неплохо. Странно, что для агента спецслужб многое в постельной гимнастике оказалось таким уж откровенным. Пришлось плотно устроить секскультпросвет, и Валерии это даже понравилось. Во всяком случае трахалась она, отдаваясь процессу полностью.

— Лерочка, и захвати ту штучку, что недавно из Посылторга привезли.

— Какой проказник!

Женщина игриво улыбалась. Речь шла об анальной пробке. Аккумулятор для стимулятора клитора уже был заряжен.

— И захвати нашу любимую плеточку.

Внезапно его охватило возбуждение. Вайсбейн зашел во вторую ванную комнату и некоторое время разглядывал себя в зеркало. Странно все это. Сначала инфаркт, затем… Затем неожиданное омоложение. Вот и морщины с шеи исчезли. Интересно, кто-нибудь из здешних обратил внимание на сие обстоятельство? Бывший резидент уже слышал о подобном эффекте у некоторых ходоков. Что-то не то случилось с пройденным ходом. Темпоральный эффект обычно останавливает ход внутреннего физического времени, а здесь еще и прокрутил время назад.

Но к черту все сомнения! Его ждет невероятно красивая и горячая женщина! Он полон энтузиазма. Все лучшее еще впереди! А трудности, так не впервой!

— Дорогой, ты где?

— Иду моя госпожа! Во что мы сегодня будем играть?

— В Незнайку в Солнечном городе! Ты плохо вел себя, и сейчас я тебя накажу.

— Вот какая все-таки сволочь Михалыч!

— Помяни мое слово, эта гнида и сдала нас, Никита.

— Да кому он нужен! Вели старого хрыча в свое время. Потом бросили. Ибо бестолочь!

— Получается, сейчас его сызнова использовали, чтобы выйти уже на нас?

— Да! — Брылов нажал на газ, проскочил переулок и резко развернулся. Водил он, как завзятый спортсмен и город знал как свои пять пальцев. — Я всегда хвосты проверяю. И тебя пробивал, Шурик. Занятная ты падла оказалась. С книжек барыжничать начинал?

— Было дело, — и почему Воробьев не удивился! — Сейчас куда?

— Обложили суки!

Никита включил радио и некоторое время слушал милицейскую волну. Такой апгрейд техники был точно незаконен, но дельца это нисколько не смущало.

Брылов бросил острый взгляд на компаньона и открыл дверь машины:

— Шурик, ты со мной? За нами очень серьезные люди гонятся. Точно не из обычной милиции. Ты еще можешь сдаться. Им я нужен! Хороший адвокат и тебе дадут условно. Разве что карьере кирдык.

Воробьев не сомневался. Зачем ему такая жизнь? У этого делового всяко есть какие-то варианты. Вон, как спокоен!

— Куда я денусь с подводной лодки!

— Тоды слушай сюда. Хватай из багажника сумки и за мной!

Занятия гирей и бег по утрам не прошли бесследно. Двигался Шурик легко и быстро, даже с тяжелым грузом. Они пробежали по узкому переходу, поднялись куда-то наверх по ступенькам, вошли в неприметное бетонное сооружение, а потом полезли по лестнице внутри странного хода далеко вниз. Сначала пахло канализацией, затем просто несло сыростью.

— Мы где? Это и есть то самое таинственное городское подземелье, что ищут наши археологи?