Прямо как потоки маны в церкви, разворотившие основательное здание менее, чем за минуту.

Меньше тридцати секунд потребовалось проклятому для того, чтобы преодолеть почти три сотни метров, отделяющих их от реки. И как же он обрадовался, когда коснувшиеся водной глади крылья не стали проваливаться, а вместо этого всего лишь увеличили затраты маны, которая стремилась излиться в воду!..

Параллельно с управлением крыльями проклятый был вынужден напрягать восприятие до предела, отслеживая передвижения врагов и готовясь реагировать на появление новых. Но пока ощущались только «старички», сорвавшиеся со своих мест с незначительной задержкой в десяток секунд. Передвигались они очень быстро, и судя по напуганному шёпоту Линнет — некоторые ещё и по воздуху.

— Четверо магов! Они летят, Вик, они летят!..

Сведения крайне хреновые, так как даже на кратковременный полёт были способны лишь маги от третьего круга и выше. А такие, будь Виктор хоть трижды святым, спеленают его чисто за счёт командной работы и подавляющей мощи. Даже вымотать их не представлялось возможным, ведь проклятый — один, в то время как врагов там целая толпа.

До Тарбиллиана же оставалось девять километров по прямой. С одной стороны — чертовски много, но с другой, судя по отсутствию врагов на этом берегу и набранной при помощи крыльев скорости, расстояние преодолимое.

Только коняшек жалко…

Враг дал проклятому целых пять минут, прежде чем маги-«гончие» сократили дистанцию настолько, чтобы видеть беглецов своими глазами. И тогда же, практически одновременно с окриком Линнет, «святому» пришлось уклоняться от хлестнувшего по земле электрического разряда. Несмертельного: очевидно, этим уродам Виктор был нужен живым, но в способности своего тела продолжить нормально шевелиться и думать после такого удара парень был совсем не уверен.

Ещё трижды один из летящих высоко в небесах магов пытался задеть свою цель электричеством, пока не разочаровался в этом неблагодарном занятии. Только и только тогда он подключил к делу коллег, арсеналы которых требовали от них подобраться к цели поближе.

И они подобрались, разразившись целым каскадом заклинаний.

Проклятый изогнулся невероятным образом, пронося себя и свою бесценную ношу через огненный вал целой и невредимой. Страшный треск полыхающего леса стал таким же его спутником, как и опаляющий кожу жар. А на выходе из пекла Виктору пришлось разбивать ряд вырывающихся из земли каменных штырей и подставлять крыло под град слабеньких, но способных оставить серьёзные ожоги огненных стрел. Его щадили, пытаясь взять живым, и оттого Виктору было ещё противнее. Он не любил слабость, ведь та вела к потерям. А терять…

Терять проклятый не любил.

Виктор и сам не понимал, как он прорывался через поднимающиеся колонны земли, не натыкаясь на электрические разряды и локальные врата в геенну огненную, порождённые огненной стихией. Каждую секунду ему что-то, да грозило, но он умудрялся на это реагировать и разумом, и телом, и крыльями. Да, пару раз приходилось жертвовать одной из этих конечностей, но на фоне иного, куда как более мрачного исхода такая мелочь затерялась, словно её никогда не существовало.

В какой-то момент Виктор даже поверил в то, что им удастся добраться то Тарбиллиана, где в дело вступит городская стража. И не будет никакого боя с магами и порядком от них отставшими сигнатурами, которым, при текущем темпе, до нынешней позиции беглецов добираться чуть ли не десять минут.

Но всё поменялось в тот самый миг, когда в бой вмешался четвёртый маг, прежде лишь наблюдавший за своими «коллегами».

Лопнул барьер, который Линнет, среагировав на новую опасность, успела своевременно развернуть. Но мог ли маг первого круга что-то противопоставить магу четвёртого? Едва ли: хрупкая прозрачная стена рассыпалась, не остановив и даже не задержав кандалы из тёмного тумана, в одно мгновение сковавшие и стянувшие крылья Виктора у самого основания.

— Выкуси,…ть! — Выругался проклятый, развеивая и вновь материализуя крылья. Кандалы остались позади, бессильно упав на землю и удивив магов, которые уже сбавили скорость и приготовились окружать беспомощную цель. Оно и логично: крылья «святого» — это вам не заклинание, которое нужно заново формировать на протяжении бесконечно долгих секунд. Да и сам Виктор ни разу не маг, а вирфорт, отбившийся от посягательств целого верховного божка!

Линнет же, поняв, что её боевая магия здесь бессильна, прикусила губу и вскинула руки за спиной несущего её проклятого, начав создавать самые яркие светляки, на какие только была способна. Они какое-то время держались у её ладоней, после чего отрывались и поднимались на несколько метров вверх, располагаясь точно между беглецами и магами, парящими в небе. Сил это известное даже ребёнку, — одарённому, естественно, — заклинание требовало крохи, существовало не дольше минуты, но в условиях наступившего вечера работало превосходно. Здесь и сейчас преследователи ориентировались в большей мере на своё зрение, а не на восприятие, так как оно, во-первых, по всем параметрам, в десятки раз уступало таковому у проклятого, а во-вторых значительно теряло в эффективности там, где буйствовала мана.

А проводимый ими обстрел вызывал именно что буйство этой энергии.

Виктор не видел, что именно сделала Линнет, но сам факт формирования неких заклинаний почувствовал. Как почувствовал и то, что враги зачастили с промахами, а порой и вовсе били куда-то в сторону: то девочка, уверившись в эффективности задумки, поднапряглась и начала разводить светящиеся сферы в стороны.

Тем временем Виктор уже мог окинуть восприятием как бы не всю северную стену Тарбиллиана, которую не было видно глазами только и исключительно из-за леса. Меньше четырёх километров оставалось до места, которое просматривалось усиленной магами рода Бельвиос стражей.