– А ты как думаешь, приемным ребенком легко расти?

– Думаю, нет, - снова прошептала она.

«У нее что, от страха голос пропал?
– удивился я. – Было бы неплохо. Представить только: жена без голоса! Правда, у Бранки железный аргумент постоянно под рукой, но рано или поздно она же с ним расстанется. Например, как сейчас». Лопата сиротливо валялась под дубом. Один из волков обнюхивал черенок и пытался попробовать его на зуб.

– А ну, пошел! – прорезался неожиданно голос у моей невесты. Да такой, что я от неожиданности чуть не слетел с насиженного места.
– Пошел, сказала. Ах ты,тварь безмозглая! – завертелась она, выискивая, чем бы кинуть в волка. Взгляд зацепился за меня, раз уж я сидел совсем рядом.

– Чур, мной не кидаться! – сразу поднял я руки вверх, а то мало ли что у нее в голове сейчас перемкнет.

Но она явно что-то увидела,и это что-то находилось за моей спиной. Недолго думая, она решила добраться до вожделенного символа власти и поползла ко мне.

– Бранка, - решил уточнить я, когда она уселась рядом и застыла, раздумывая, как перелезть через меня половчее.
– Тебе оно точно надо?

– Конечно, – возмутилась она, - они сейчас лопату сожрут, а я без нее как без рук.

– Я тебе новую куплю, - решил проявить великодушие я.

– Ты? Новую? – она недоверчиво уставилась на меня, как будто я eй ничего не покупал. Даже немного обидно стало. – Да ты мне, само много, ржавую купишь, – фыркнула она, - да еще и без черенка. А эта почти новенькая. Чем защищаться будем , если волк ее сейчас съест? Ты-то свою сковороду не прихватил, - попеняла она мне, – побежал обратно на кухню втюхивать свое приобретение.

– Так я же хотел серебрушки вернуть, - почти обиделся я ?а несправедливые обвинения.
– Нам же лошадей надо было купить.

– И где они сейчас?
– возмутилась она,и мы уставились друг на друга.

А правда, где наши клячи? Я осмотрелся. Их нигде не было видно. Сбежать они не могли, я их стреножил. Или забыл? Странно, но я не помнил. А вдруг это последствие от моих частых смертей так проявляется? Ох не зря Ингрид говорила, что нельзя этим злоупотреблять. Эх, да что же я такой невезучий? Только нашел непыльную и хорошо оплачиваемую работенку по душе и на тебе – проблемы.

– Слушай, - я посмотрел на Бранку.
– Волки должны были задрать хотя бы одну из них?

– Должны были, - подтвердила она.

– Но я ни одной туши не вижу, - я смотрел по сторонам, стараясь рассмотреть,что там твориться внизу, луна уже сместилась к горизонту, но ещё исправно освещала все кругом,только тени от смешанных деревьев теперь стали длиннее. Никто внизу никого не ел. И даже не чавкал, обсасывая свежие косточки.
– Куда они тогда делись?
– я в недоумении уставился на Бранку. А кто еще ответит на вопросы? Но ее, по всей видимости, одолевали те же думы.
– Кстати, ты куда ползла? – спросил у девушки.

– Вот чупак нехлюйный, - выругалась она.

– Ты чего это?
– обиделся я.

– Да я не на тебя,ты ж теперь Кукусик, - отмахнулась Бранка, - я на ту псину, что снизу. Слушай мне надо срочно перелезть вон туда, – она опять кивнула мне за спи?у.

– А что там?
– вывернулся, чтобы посмотреть,что там такого, что она напролом туда бурилась. Там росла разлапистая ель с крупными шишками.
– А как ты полезешь? – я подвигал бровями и клянусь,что увидел, как она покраснела.

– Только попробуй, - предупредила она, как будто я первый встречный.

Бранка. Благодарности

Вот полюбуйтесь, сразу засопел, как будто сало увидел, и ну бровями наигрывать, словно кот помойный. Тьфу, жених, любимый. Привыкать надо, мыслить по–новому. Только как по–другому , если перед тобой физиономия со старыми ужимками. Нет, чтобы помочь и спасти мой аргумент, который с каждой минутой в весе терял, он мне сидит и рожи корчит.

Я глубоко вздохнула, перелезать через него все равно было надо. Задрала платье повыше, чтобы не цеплялось,и поползла. Добралась до его колен, а он сидит на меня смотрит своими глазами бесстыжими. А мне внезапно ползти дальше расхотелось. Они у него в темноте как будто изнутри голубизной отсвечивали,так бы и смотрела. И сопит вроде не так противно, а колени горячие, аж мурашки от них по телу побежали. У меня даже рот приоткрылся от всего от этoго. А этот, не знаю, как его обозвать, возьми и притяни меня к себе рукой, которая показалась не меньше лапы дракона. Я даже пикнуть не успела, как его губы осторожно так коснулись моего рта, словно попробовали на вкус. У меня от всего этого дыхание перехватило, полыхнуло в груди жаром, а он осторожно так принялся меня целовать. Губы мягкие, нежные, сoвсем не противные, а очень даже ничего. Мне внезапно понравилось, поэтому я к нему поближе придвинулась,чтобы он случайно не передумал целоваться. Его руки ласково поглаживали меня по спине,и я на время забыла, зачем в эту сторону передвигалась, да и участь лопаты меня волновать перестала. Так бы вот и сидела с ним на дереве.

Да вот только у Тимона вечно планы быстро меняются. Он решил, что долго сидеть без дела неудобно, и перешел к более близкому знакомству. Только я к такому была не готова. И как только его руки полезли со спины в другие важные места, я запротестовала.

– Убери свои лапы загребущие! – выпалила ему в лицо.

– Лапонь?а, а что не так-то? – удивился этот недалекий.
– Ты только что млела и вздыхала.

«Я что, правда, так делала?
– не поняла я.
– Вот что он вечно на меня нагoваривает?»