— Ну, там видно будет.

Все вместе мы отправились — к защищённой камере.

Я извлёк своих пленников и дал им время прийти в себя.

' — Частоты связи слишком различаются. Парни не смогут к ним подключиться.'

' — Давай попробуем их подключить сами. Не будем же мы каждого переубеждать. Пусть на примере узрят.'

Потребовалось приложить усилия, но нам удалось сделать так, чтобы установилась связь. Я позволил им говорить самим, чтобы посмотреть, справятся ли. Поначалу симбиоты вели себя подобно тем, с которыми я общался. Но по итогу их удалось переубедить куда быстрее, именно благодаря первым двум. Парни начали один за другим пробуждаться. Я отключился от связи и отправился в лабу с Ксенией.

— Как успехи с разработками?

— Всё готово, мы пахали как кони, но зато дело сделано!

— Отличная работа! — улыбнулся я.

Ксения умчала по другим делам, а я пошёл дальше. Я заметил, что «банда» во всю общается о чём-то в главном зале. Но их предводителя нигде не видно. Решив оглядеться, я нашел его в кафетерии, задумчиво тупящим в кружку с кофе.

— А ты чего не со своими?

— Да знаешь, мы немного пообщались. Только вот я теперь словно чужой. Ведь у них есть эта их особенная связь.

— Ты так говоришь, будто они мысли читают. Там же чисто эмпатическое усиление осталось, — ответил я, — По-моему, дело не только в этом

— Ладно, ладно, ты прав. Я чувствую себя виноватым. Это ведь я их всех вместе собрал. Я же договорился с конторой Волкова о крыше. А потом я отвёл их в эту проклятую лабораторию. Ещё четверо хрен знает где и, скорее всего, их уже не спасти, — сказал Владимир.

Это вполне объясняло его понурый вид.

— Вот знаешь, лучше с друзьями об этом и поговори. Только им решать, что они по этому поводу думают. От твоих самобичеваний никому лучше не будет.

— Пожалуй, да…

На том мы и разошлись. Я вернулся домой и продолжил подготавливать ресурсы для сражения. Попутно залез в архив, дабы ознакомиться с методами ведения войны в Зазеркалье. По этому поводу даже целый кодекс соствили, который КООП ратифицировал.

Как оказалось, во многом сражения почти не поменялись за века. Как было несколько видов, так и осталось.

Первый и самый древний — самый сильный воин против самого сильного воина. По факту ведь именно так Бегемот получил свою часть бизнеса Волкова и этим же методом он отжимал зоны влияния у агрессивных конкурентов.

Но в этот раз такое не прокатит. Один раз Волков уже проиграл и точно рисковать не станет. Второй вариант — похож на предыдущий. Только сражается группа избранных воинов. По сути титаны под предводительством властелина или без него сражаются с другой аналогичной группой. Тоже не наш случай.

Третий — стенка на стенку в чистом поле. В случае с Зазеркальем довольно бестолковый метод, ведь махающиеся титаны могут и своим бойцам навредить. Им пользовались довольно редко.

Четвёртый — «осадная война». Нападающая сторона пробивается в ключевые сооружения врага и ликвидирует(или пленяет) руководящий состав. Предвижу, что, скорее всего, именно так это и будет выглядеть. А вот кто будет нападающей стороной, а кто обороняющиейся — это ещё не ясно. Ведь судя по последней информации, Волков тоже собирает силы в столице. Посмотрим, что из этого выйдет.

На следующий день мне позвонила Марианна.

— Привет, пирожочек.

— Привет, Марианна.

— Фу как официозно. Я бы согласилась и на «моя королева».

— Жизнь полна разочарований. Что там, Бегемот опять решил меня куда-то заслать?

— Нет. Но у меня есть к тебе личная просьба.

— Какая?

— Мне нужно слетать на историческую родину и убить дракона. Будешь моим напарником?

— У нас тут вроде битва намечается, мы успеем?

— Да. Я поговорила с Бегемотом, он сказал, что ещё несколько дней у нас есть.

— Значит, помогу.

— Спасибо. Тогда встретимся в аэропорту через четыре часа, билеты я уже купила.

Ох уж эти корпорации. Раз, два, билеты есть, виза готова, можно мчать куда угодно. Как вспомню сколько сил уходило на эти дела, когда мы на турниры гоняли с парнями. Ужас. Ещё и Марианна явно была уверена, что я точно соглашусь. Хотя это и не удивительно. Я ж всегда соглашаюсь лезть в непонятные замуты.

' — Я зову это «великим альтруизмом и человеколюбием».'

' — Дабы смягчить формулировку «придурок, не щадящий живота своего»?'

' — Ага.'

Марианна встретила меня на месте. Я заметил, что взгляд у неё несколько беспокойный. Стоило нам пройти в самолёт и занять свои места, я тут же спросил в чём дело.

— Что, так заметно? — спросила она криво улыбнувшись.

— Зная какая ты обычно, очень даже, — ответил я, — Выкладывай, что там за дело такое.

Девушка в ответ вытянула руку в мою сторону, демонстрируя тыльную сторону кисти. С помощью магического зрения я смог разглядеть метку договора. Очень знакомого. На мне сейчас таких три штуки висит. Хотя она явственно отличалась от моих.