– У компании «Сафино» к вам предложение, - обратился новый знакомый к ней, разглядывая ее отнюдь не равнодушным взглядом.

– Какое?
– Венера честно попыталась разлепить тяжелеющие веки.

Муж махнул рукой, наливая себе и новому знакомому по стопарю.

– Спит. Не умеет пить. Мне рассказывай, завтра утром все доложу, - он протянул стопку, тот принял. – Считай, я представитель. Официальный.

– Мы хотим, чтобы вы про ассистировали операцию в Москве. То, что вы сделали со Смитом походит на чудо.

Она не расслышала его. Смита уже выписали, и специальным бортом отправили домой. Операция прошла успешно, начальство было довольно. И Венера забыла о нем и его почке, помнился лишь Марс Блицкриг и странный жених Алисы Мэдокс Мэдс. Их с Андреем на свадьбу не пригласили, но сплетен она вдоволь наслушалась от местных кумушек. И все они вещали о том, что Алиса сорвала невероятный куш. Она стала местной сказкой о Золушке.

– Да она лишь пересадила почку. Сделала работу. Это же этот, долг, - Андрей отвинтил крышку, наливая еще.

Тукаев терпеливо посмотрел на Венеру, затем на ее мужа. Девушку сильно развезло. Снова на ее мужа. У того неправильная осанка, указывающая на сниженную самооценку и грудной голос, подсказывающий, человек живет эмоциями. И, вероятно, страхами, все-таки он периодически повышал голос до пронзительного. Он понял договориться с ними ни о чем сегодня не получиться. Мужчина энергично протянул визитку.

– Оплачиваются перелет туда и обратно, гостиницу и другие расходы. Плюс в случае успеха операции, бонус. Позвоните мне, - попросил он, поднимаясь со стула.

– И много?

– Пять тысяч, - он смерил Андрея холодным взглядом, вероятно пытаясь понять, будет ли тот утром помнить или нет.

– Всего-то?

– Долларов.

На этом она отключилась окончательно, решив про себя, приди Тукаев к ней на массаж, она сделала бы ему встречное предложение.

***

Следующим утром Андрей растормошил Венеру и залил в нее сопротивляющуюся аспирина с водой, так что та рассердилась.

Он говорил и говорил, а она, сидела в кровати и апатично тянула воду, силясь вспомнить вчерашнее. Кажется, ей предложили кого-то прооперировать. Андрей не умолкал. Когда он воодушевлялся, то становился болтлив, а хотелось молчания. И хотелось секса. Ей всю ночь снился Марс Блицкриг и кажется Тукаев. И они вели себя во сне вовсе не по-деловому, не сдержанно и далеко не прилично.

– У них клиник два бренда. В России одна. Ты только подумай. А?

Она оценивающе посмотрела на мужа, меньше всего думала о клиниках.

– Куча возможностей! И не только у тебя, но и у меня. Малая, что скажешь?

Венера бросила на него недовольный взгляд, думать совсем не хотелось:

– Хочешь уехать? Все бросить?

– Что именно?
– обвел кругом взглядом, мол, глянь.
– Что ты видишь вокруг? Это же жопа. Хуже Дальний Восток. А там Москва, столица, карьера, деньги. Возможности.

– А дом? Мой отец.

Он обиженно замолчал.

– Я не прав?

– В целом прав. Мы не допускали мысли о переезде, никогда. У нас и будущего-то нет. Есть квартира, машина, друзья, семья, а будущего нет.

Она рассмеялась, и посмотрела на Андрея, разглядывая фигуру в футболке и домашних шортах, остановившись взглядом на последних.

– И ты знаешь почему!

Тот скривился, бурно вздохнул, занес руку за шею, разминая.

– Венер, ну сколько можно? Нет их. И никогда не будет. Они бросили тебя. Кинули. Ты им никогда не была нужна.

Он замолчал, оценивая сказанное. То, как она воспринимает его слова.

Венера отвела взгляд в сторону, сделав еще глоток в резко пересохшем горле, втянула губы.

– Я думаю, ты не прав, - она подняла на него тяжелый взор. – Мне кто-то дал жизнь? Я не появилась ниоткуда. И я хочу знать кто? Уехать, означает бросить. Забыть о корнях, о поисках. Тебе легко говорить. Ты знаешь кто ты. Я же нет.

Она решительно поставила бутылку на прикроватную тумбу, встала и подступила к нему.

– Предложение конечно интересное, но я не хочу переезжать.

Он окончательно обиделся. Настолько, что не сдвинулся с места. Возвышался над ней напряженной горой, разглядывая из-под бровей. В ней мгновенно щёлкнуло чувство момента. Если уступить чуть-чуть, взять его за руку и потянуть в постель, и немного подтолкнуть, то...

Венера облизнула губы, соблазняюще повела плечом и с того соскользнула шелковая бретелька сорочки. Наклонила голову, оголяя шею, подошла к нему совсем близко, почти на цыпочках и взяла за руку.