— Кстати, а где она?

' — Решила не влезать в процесс. Малышка и так смущена и растеряна. Слоняющийся везде дух матери ей только помешал бы.'

— Не хотела мешать мне объяснять тебе всякое.

— Пожалуй, оно и к лучшему, — устало выдохнула Ната.

— Ладно. Отдыхай, увидимся завтра.

Я попрощался со всеми и полетел домой, решив немного «прогуляться». Рядом возник образ Алисы.

— Отлично справляешься, — сказала она.

— Спасибо, — кивнул я, — Так что там с кольцом?

— Извини, но для его создания понадобится ещё один философский камень.

— Так скажи, как его сделать.

— Не знаю, — пожала плечами мама.

— В смысле не знаешь? Ты же его создала! — воскликнул я.

— Да. Но перед смертью стёрла себе память обо всём, что связано с камнем, чтобы никто не смог использовать мой осколок для получения рецепта. Я, знаешь ли, сильно ограничена в такой форме, так что не смогла бы защититься случись чего.

— Может, у тебя были какие-то записи?

— Нет. Была книга, в которую я записала большую часть своих знаний, но не это.

— О, это не вот эта? — спросил я, ненадолго достав из инвентаря подарок Прокофия.

— Да, она самая! Неужели Прокофия повстречал? — воскликнула Алиса.

— Угу. Я же не рассказывал, как в Амальгаме искупался, лишь вкратце историю поведал, чтобы Нату не шокировать. Вот после этого события и оказался в горах, где Прокофий отшельником живёт. Он меня нашёл и выходил.

— Погоди. В Амальгаме?

Я пересказал ту историю.

— Вот оно что… ох… То-то я всё не могла понять, почему у тебя глаза такие странные. Как ты, вообще, это пережил?

— Я сам не до конца понял, но если исходить из всех факторов, выходит, что эта твоя перековка моей души укрепила её, — сказал я.

— Вполне возможно, — кивнула мама, — Хотя целью это не было, побочный результат вполне логичен.

По пути домой я рассказал ей множество других историй о своих путешествиях. Летел я нарочито неспешно, чтобы иметь возможность провести немного времени с мамой. В квартире меня уже ждала Марианна и накрытый стол.

— Привет, — улыбнулся я.

— Привет, — сказала она, — Ужинать будешь?

— С удовольствием. Надеюсь, ты не слишком запаривалась. На работе и так выматываешься.

— Не, я из ресторана заказала, — улыбнулась она, садясь за стол.

— Какое облегчение, — я сел рядом.

Какое-то время мы обменивались новостями, я пересказал всё, что случилось за день, и девушка заинтересовалась последним пунктом.

— Она сейчас тут?

— Угу.

— Могу я с ней познакомиться?

— Конечно, — кивнул я, перемещая нас в Зазеркалье, — Мам, выходи.

Алиса приняла материальную форму на стуле по другую сторону от Марианны.

— Знакомьтесь! Мама, это моя любовь, боевой товарищ, исполняющая обязанности директора и, вообще, чудо — Марианна.

— Ой, разошёлся-то как, — улыбнулась девушка, — Рада познакомиться, Алиса.

— Взаимно, — кивнула мама.

Какое-то время мы все общались, пока не стало совсем уж поздно.

— Мам, я тебя в инвентарь спрячу, нам бы немного времени наедине.

— Конечно.

Я снял кольцо и сунул в ивентарь.

— Алиса ещё круче, чем я о ней слышала, — сказала девушка, — Жаль, что так случилось с ней.

— Вот об этом я и хотел поговорить. Открылись некоторые факты, которые я уже переварил для себя и принял. Но которыми всё равно обязан поделиться.

И я рассказал всю историю о моём происхождении от начала до конца.

— К слову, я не исключаю, что могу реально быть не человеком, а мама врёт, чтобы не разбивать мне сердце. Но лично мне плевать. Я себя таковым считаю и этого достаточно. Мне.

— Мне тоже, — кивнула Марианна, — Я люблю тебя не за то, кем ты родился, чья кровь течёт в твоих жилах или прочую чушь. Так что шли бы они все к чёрту.

Несмотря на напускную уверенность, в глубине души я всё равно волновался, так что у меня словно камень с души свалился. Мы вернулись в реал, прибрали со стола и завалились на диван. После столь долгого времени в иных мирах, просто лежать в обнимку и смотреть кино казалось мне чем-то волшебным. Но постепенно недостаток близости начал сказываться, так что я даже и сам не заметил, как начал целовать её шею и скользнул рукой под майку, поглаживая грудь. Наслаждаясь тем, как она тает от моих прикосновений, я намеренно не спешил, так что к моменту, когда я всё же стащил с неё одежду, девушка уже сверлила меня требовательным взглядом. Ещё более возмущённым он стал, когда я принялся дразнить её, лаская и не переходя к главному моменту.