— Понимаю. — сказал сухо и зажигалкой чиркнула.

— Ну а раз понимаешь, может уже пора? — указал на её шею и она затянулась в долгую.

— Может и пора…Вот только. Это же билет в один конец. — произнесла тихо, в маленькую чашечку пепел стряхивая.

— А мы уже в конце, Лизка, оглянись. Хуже, чем сейчас, положения не придумать. Если бы нас хотели эвакуировать, то сделали бы это сразу. Да вот видимо властям местным столь ссыкотно, что пока тут никого в живых не останется, они зону и не уберут. Только и остаётся, что выживать всеми силами, либо лапки складывать и в печь ложиться, — ложкой я доскреб остатки, облизал тщательно и в сторону Елизаветы её направил. — Я вот планирую выживать. А ты?

Право слово, не хотел я прижимать в угол свою подругу, но другого выхода она мне оставила. Кривя губами и пуская струйки травяного дыма, она ноготком мизинчика лоб свой почёсывала, постепенно решаясь.

— Ладно уж, делай это со мной и только…

Договорить она не успела. Сверху послышался топот ног и в кухню забежали девчонки, наперебой радуясь.

— Ура, маменька, наконец-то!

— Давно надо было тебя освободить.

— Ты же нам расскажешь потом, какие изменения будут?

— Если не страшно, то мы бы тоже хотели.

Белла, обе близняшки, Яра и Мари Елизавету обступили, а она тонко щурилась и пыталась понять, как именно они наш разговор подслушали. И я ей не стал доносить, что эфирный призрак Лауры всё это время находился в кухне рядом с нами. Она-то и сообщила решение матушки остальным девушкам.

Более того, зайдя следом уже во плоти, беловолосая девушка мне под капюшоном заговорщицки подмигнула и я ей вернул тот же жест. За то время, пока мы не виделись, её аура определённо окрепла и стала насыщеннее, что меня весьма радовало.

— Ох бесовки вы мои дорогие. Расскажу, куда денусь, — тяжело вздохнула Елизавета, из-за стола поднимаясь. — Ну что, Семён, пойдём? Говори, что нужно делать.

И вот в чём подругу уважал, так это в крепком взятии быка за рога. Раз решилась, то вперёд не откладывая. Этим то она меня по молодости зацепила… Ну ещё и грудью полновесной… и талией, которая и сейчас ничем не уступала талиям дочек её названных… и бёдрами мощ…

Так! Вот это, конечно, бес в ребро моё вцепился. Нанюхался я, видать, аромата юности, пока ундину до города нёс. Пришлось себя осаживать.

— Нужно кресло и свободное пространство. А ещё, на всякий случай, стоит использованные инъекторы убрать куда подальше. В прошлый раз, когда с Майкла оковы снимал, ящик с ними как раз и загорелся, так что ну их, от греха подальше. — вспомнил я вовремя тот нюанс и Елизавета меня успокоила.

— Я все использованные инъекторы ликвидирую.

— Ну вот и отлично. Тогда айда в большую комнату и какое-то время нам необходимы спокойствие и тишина. — намекнул я девам и те клятвенно заверили, что они себя будут вести тихо.

Протянув Елизавете руку, я взял её за ладонь и повёл в гостиную, где в кресле в самом мажорском виде восседал Чёрный. Крылья раскидал, лапы расставил, даже подушечки небольшие где-то нашёл и ими обложился. Ещё бы цепь и сигару и вылитый отец мафиози.

Любезно попросив его сдриснуть, я подругу усадил и уже приготовился тянуться к сковывающим повязкам, как Чёрный под руку каркнул.

— Ка-ва-ваааавр? «А что ты дееелаешь?»– с каким-то ехидным прищуром он смотрел на мои действия, будто и так знал ответ на свой вопрос.

— Буду оковы убирать. А что? — ответил ему, заставляя девушек и Елизавету переводить взгляды с него на меня, ведь не понимая Чёрного, они могли о его репликах только догадываться.

— Керу-рекер? «Напрямую убирать?» — ещё более ехидную интонацию подобрал ворон.

— Ну да. А как иначе?

— Кевер-вер-вер-кро. «Через корневые настройки, конечно же.»

— А понятными словами?

— Корооо-ро-рор «Через регрессию снимать»– донёс Чёрный мне, как маленькому, очевидную для него истину. — Керчер-ке-кр-кроаар. «Так безопаснее и без конфликта с блокировкой.»

И вот бы эту мудрость мне в тот момент, когда я Майкла исцелял.

— Ну раз есть способ лучше, то давай. С нами пойти сможешь?

И в этот раз ворон стушевался и стрелки перевёл.

— Кивиоор-ке-ва-ваавр «Коллега Белый с этим лучше справится.»

— Тогда замени его, будь другом, а то он там с малышом сидит, — попросил я ворона, ладонь к сердцу прикладывая и тот с грустной миной взглянул на затянутое плёнкой оконный проём, за которым лил дождь. Поквехал, поквхола, но всё же нехотя согласился, попросив от меня вкусностей за такой щедрый жест с его стороны. Девушкам же я вслух объяснил. — Чёрный предложил более лучший и безопасный способ, так что ждём Белого.