— Извините Жанну. Сама не ожидала от неё такого выпада… — и неловкость, и надрыв слышались в словах, что давались светской львице с трудом. Ещё бы… Выхоленные до кончиков ногтей дамочки не насладились приятной атмосферой ресторана из-за выходки капризной доченьки. Ай-яй-яй. — Макс, я надеюсь, что после этой встречи ты не прекратишь общаться с нашей семьёй. Мою дочь тоже можно понять. Я не пытаюсь оправдать её, но… как любая влюблённая девушка она расстроилась, увидев вас. Что тут скажешь.

Действительно, и сказать после показательного выступления нечего. Оставалось только простить, отправиться домой, как о страшном сне о ней забыть.

— Всё в порядке, Екатерина, — уверил Макс и женщина, выдохнув, осторожно обратилась ко мне:

— Доброго вам вечера.

Конечно, добрее некуда, а не ответить не позволяло чувство такта.

— До свидания.

Дорога до фермы прошла в полном молчании. К дому мы подъехали, когда сгущались сумерки — каждый из нас думал о своём, если можно так сказать. Обсуждать произошедший скандал и в спокойной обстановке не хотелось. Мне просто требовалось время осмыслить мощный троллинг.

— О чём ты думаешь? — взволнованно спросил Макс, следуя за мной в спальню. — Не можешь забыть слова Жанны? Ответь, что угодно, только не молчи, Анна.

Раз он был согласен поговорить о злобе дня, пожалуй, стоило услышать именно от Макса некоторые подробности, не дававшие покоя после встречи с Жанной.

— Твоя яхта правда сломалась? Или ты её просто оставил на причале?

— И то, и другое.

Не могу сказать, что развеяло сомнения: его уверенность или искренний взгляд, но имеющуюся версию я приняла как есть.

— Это единственное, что беспокоило тебя?

— Как-то так. Да.

Макс недоверчиво улыбнулся, о чём-то задумался перед тем, как сделал собственный вывод:

— Жанне удалось задеть тебя.

— С чего бы? — Я пожала плечами в ответ на смелое утверждение. — В её тирадах и намёках не было ни слова правды. Или было, Макс?

— Нет.

И вроде логично, но зерно сомнения упало в почву хрупкого доверия, стоило вспомнить о мероприятии и приглашении Жанны. Между ними действительно ничего больше нет или я что-то упустила сегодня? Догадки жалили хуже сотен ос — взять бы небольшую паузу.

Открыв шкаф-купе, я извлекла банное полотенце и собиралась было принять ванну, но глухая просьба Макса остановила на полпути.

— Только не сбегай от меня в закрытое пространство, Анна.

Он подошёл со спины, наклонился к уху. От мятного дыхания шею моментально обдало жаром, а на виске проступила испарина.

— Да к чёрту этот ужин. Забудь о ней, забей на Жанну, — хриплым голосом прошептал Макс, прижимая к себе.

Как же мало молодости надо. Его уже распирало от возбуждения. Горячими пальцами он быстро расстёгивал маленькие пуговички на блузке, и когда задевал позвоночник, артерии пульсировали, а разливающийся жар вонзался иголками в каждую клеточку кожи.

Блузка упала на пол, туда же приземлился лифчик. Макс повернул лицом к себе и остервенело впился в губы. О, да, неимоверная вспышка желания захлестнула обоих. Между страстными поцелуями я стягивала с него футболку, практически выдрала ремень из петлиц.

— Ты успела соскучиться: не прошло и суток.

Констатация моего «голода» вызвала рваный вдох. Арестовать бы засранца за искусное соблазнение. Только после… и да… мне хотелось отдаться ему немедленно.

Миллионы мурашек пустились вскачь по телу, и я забыла, как дышать, когда осталась без последних предметов одежды. Тело выгибалось и плавилось от каждого прикосновения. Господи, разве такое может в жизни быть?

Привкус мяты на моих губах сводил с ума. Язык, проникающий в рот, лишал остатков разума. Сильная рука проскользнула между ног, и я задрожала, когда его пальцы вторглись внутрь. Несколько движений дали в полной мере ощутить предательскую влагу, и вот… Макс толкнул меня на кровать. Он снимал на ходу брюки и горящими, как у льва, глазами наблюдал за трепетной жертвой.

Небрежное движение ногой — любовник предстал во всей красе предо мной. Шаг, ещё один, матрас запружинило от его веса. Макс взял меня за лодыжки, подтянул к себе, накрыл телом. Он дразняще потёрся эрекцией между ног, чем вызвал неконтролируемый дикий порыв. Я под ним заёрзала, развела ноги шире, крепко обхватила ими его.

— Хочешь меня, — шепнул он в губы и получил ответное:

— Да.

— Всё для тебя.

С двусмысленными тремя словами он глубоко в меня ворвался, и от накатившего удовольствия по комнате разлетелся непроизвольный звук. Получив первое «Ах», Макс провёл языком вдоль шеи, и ту же впился в неё обжигающим поцелуем. Он целовал, оставляя влажные следы, и одновременно двигался. Мне нравилось, как он это делал, с губ то и дело срывались стоны. Немного откровенной классики, Макс ненадолго отстранился, потянул меня за руку, перевернул на живот.