— Да я вообще в шоке, что ты мне ответила и согласилась…. Господи, Кора! Я же всю твою жизнь чуть не разрушила и парня твоего из— за меня…

— Не из-за тебя, успокойся, пожалуйста. Все уже кончилось. Хорошие победили, а плохие проиграли. Мы с тобой хорошие, если что.

Диана слабо улыбнулась и подняла на меня затравленный взгляд.

— Я точно… понимаешь, я на самом деле думала, что это он! Ну так похож!

— Это был профессиональный актер, — пояснила я. — Давай сейчас закажем что— нибудь вкусненькое и я тебе все расскажу.

— Да что рассказывать. Этот Толик… да я даже не знала, что меня вот так легко можно… я так ему верила.

— До сих пор любишь его?

— Нет… не знаю. Но чувствую себя просто в аду. Я как под гипнозом с ним была, но когда Артем показал его фото с женой и детьми, так хреново мне никогда не было.

— Герман сказал, что этого парня к тебе специально подослали, потому что мы с тобой дружим. Знали, что я тебе поверю, потому что я тебя люблю, Ди. Расчет был на то, что я брошу Германа и ему будет еще хуже. Он останется без поддержки той, кого любит. Но не рассчитали, что я его тоже очень люблю и верю ему. Спасибо, что поговорила с Артемом тогда. Ты очень помогла.

— Да что там, — отмахнулась Диана, но я видела как на ее щеки постепенно возвращается румянец. — Случайность просто. Толик хотел еще раньше забрать у меня свои вещи, но все некогда было. Мне кажется, он просто не хотел меня видеть! Чудо, что там камера завалялась.

— Чудеса не случайны, — улыбнулась я. — Эти улики очень помогли, мне так Герман сказал.

— Ты так часто говоришь «Герман сказал», — осторожно хмыкнула Диана. — Счастлива с ним?

— Очень, — улыбнулась я.

— Так здорово, что все позади. Ваша любовь, как в кино, выдержала все испытания.

— Можно и так сказать, — я рассмеялась и сама уткнулась в меню. Я не могла сказать подруге, как мне отчаянно не хватает Германа рядом. Но большие деньги и власть не оставляют много времени на любимых. Та же Геля не так часто видела папу все эти годы, но ее, кажется, все устраивало. Она всегда выглядела довольной.

— А Даниз и его старший брат тебя больше не достают? — чуть помедлив спросила Диана. Она по-прежнему стеснялась, я чувствовала между нами дистанцию, не пропасть, конечно, а такой невысокий кирпичный забор, через который можно спокойно разговаривать как добрым соседям на даче, но ближе не подойдешь.

— Аракчеевы уехали из страны, — сказала я то, что знала от Германа. — Я с ними не виделась, к счастью. Не знаю деталей, честно. Герман говорит, там такой кошмар, что мне лучше не знать. Их мать тоже уехала, они, кажется, чуть ли не в Австралию махнули. Отдали Герману весь бизнес и исчезли.

— Погоди, а как же Даниз? Он же на твоей сестре женат! Адельке же скоро рожать, вроде.

— Вроде да, но как я поняла, Данизу плевать. Хотя мне кажется, папа на него еще юристов натравит — там же по брачному контракту наверняка какие-то неустойки, да и Раиса хотела внука. Не знаю, Ди, мне все равно, если честно. Но ребенка жалко с такими-то родителями, надеюсь, Геля с папой о нем позаботятся.

Диана почему-то завертелась, постоянно поглядывала на вход в кафе. Я не выдержала.

— Ждешь кого-то?

— Твоего Аида. Помнишь, как он в прошлый раз сюда влетел и тут же тебя так целовать начал?

Конечно, я помнила. Видимо, не успела взгляд отвести или Диана сама что— то почувствовала.

— Я не то сказала? Ты погрустнела сразу.

— Все в порядке. Герман не придет, он в командировке, вернется через несколько дней. Он же теперь…

— Что теперь?

Я задумалась, Диана смотрела на меня непонимающе и ждала. Можно было бы улыбнуться, сказать, что мой парень теперь очень крутой босс, занят 24 на 7, что он владеет многомиллионным бизнесом и про него скоро обязательно напишет «Форбс». Так было бы проще ответить, но передо мной сидела моя подруга. Я не хотела врать ни ей, ни себе.

— Я думаю, что Герман никогда не жил так, как хотел, Диан. Я желаю ему счастья, и хочу, чтобы теперь он жил свободно, такой жизнью, которая его всегда влекла.

С Дианой мы договорились снова встретиться — в четверг я решила приехать в наш цветочный магазин, который когда— то папа держал для нас с бабушкой. Сейчас там заправляет всем Геля, но наведывается изредка — не чаще одного раза в месяц, да и то минут на пятнадцать. Подруга говорила, что работать с моей мачехой можно, ведь она в рутину не лезет, так, по верхам скачет, сделает пару селфи с цветами и уезжает.

— Хоть посмотришь, как у нас сейчас все устроено, — сказала мне Дианка, когда мы прощались в кафе. — Я буду одна в магазине, приезжай, пожалуйста!

Я и не думала отказываться — Германа все эти дни не было со мной, да мы и по телефону почти не разговаривали. Он был очень занят на своем заводе, так что общались в основном через смс-ки. Рассказывала ему, чем занималась целый день, иногда даже присылала фотки своих цветов. И каждый раз улыбалась, видя его ответный смайлик.

Бабушка по-прежнему болела, но с ней мы разговаривали намного чаще, чем с Германом, а еще болтали с Деметрой, и Костя все время присылал мне смешные видосы, как он с пацанами бесится в море. И Кербер с ними. Я так по ним всем соскучилась, даже по этой адской псине!