Мужчины подошли к каменной чаше, в которую с треском и грохотом обршивался один из водопадов, окружая все вокруг плотным парным туманом. На камнях, как граница, ощерилась кромка ледяных кристаллов, по ту сторону было мягкое, пропитанное соленым запахом тепло. Ладвиг первым стянул с себя куртку, рубаху и штаны и шагнул в мелкую чашу. Вода доставала ему до колена, зато быстро уходила, поэтому смытая кровь не задерживалась на виду. Князь подставил лицо обрушивавшимся со скалы струям, чувствуя, как они вонзаются в кожу и смывают южную кровь.

— Что, до замка не терпится? — Эдвин неторопливо снял рубашку и развязал ткань на бедрах. — Боишься испугать нашу южную принцессу, если будешь выглядеть как лесной зверь?

Ладвиг в ответ только фыркнул и принялся прочесывать слипшиеся светлые пряди.

— А я вот что хотел спросить — тебе в твоей юбке хер при езде верхом не натирает? — поинтересовался он.

— Ответишь на мой вопрос — и, может быть, я отвечу на твой. И вообще, это не юбка, а тартан, — сказал Эдвин и встал под струи воды. Вода, плескавшаяся у их ног, стала буро-алого цвета. Ладвиг фыркнул и тряхнул головой.

— Незачем пугать девчонку лишний раз, она и так храбрится изо всех сил.

— Какой ты у нас заботливый, — протянул Эдвин. — Попомни мое слово, от этой девчонки будут одни проблемы. Не удивлюсь, если и южные солдаты были тут по ее наводке.

— Стала бы наследная принцесса отправлять молодых воинов на верную смерть?

— Я почем знаю, она южанка, они там все с прибабахом, — пожал массивными плечами Эдвин.

— Я считаю, что она здесь не просто так, — уверенно заявил Ладвиг. — Она может нам помочь.

— Молодая девица, которая участвовала в дворцовом перевороте, сидела в заключении в башне и за чью голову назначена награда? Чем она может нам помочь? И кому это «нам»? — рассыпался вопросами Эдвин, при каждом улыбаясь все шире, будто выдавал шутки, одну успешнее другой. Ладвиг юмора не оценил.

— «Нам» — северу. Мы говорили об этом на днях, Север требует свежей крови.

— Но не такой же! Может, поищешь кого-то надежного, без попытки отчекрыжить голову папаше?

— Она подойдет.

— Очень сомневаюсь, — только и ответил Эдвин.

— И правильно делаешь! — раздался голос с берега. Мужчины повернули головы.

Привязанный к седлу солдат из Ост-Гаэля пришел в себя и теперь смотрел на них, как истинный южанин может смотреть на северян: пренебрежительно, как на диких зверей в загоне. Ладвиг ухмыльнулся и вышел из воды, Эдвин последовал за ним. Мужчины неторопливо оделись, выдыхая в воздух плотный белый пар.

— Эдвин, — лениво протянул князь. — Наш друг слегка обосрался, когда потерял сознание. Мне кажется, мы обязаны ему помочь и привести его в себя.

Эдвин молча кивнул и, покрепче затянув пояс, подошел к пленному, отвязал его от седла, схватил за шиворот и поволок к воде.

— Утопите меня! Я приму смерть как герой! — рявкнул солдат, перебирая ногами.

— Тут мелко, — фыркнул Ладвиг. — Даже ребенку будет сложно утопиться.

Эдвин сделал легкое движение рукой, и солдат полетел в воду, поднимая столпы брызг. Он перевернулся на спину и сел, с максимальным достоинством, как будто опустился в личную ванну. Эдвин и Ладвиг стояли над ним, скрестив руки на груди, и улыбались, точь-в-точь старые друзья.

— Вот мое тебе княжеское предложение, — проворковал Ладвиг. — Ты рассказываешь нам про вашу распрекрасную принцессу, а мы — отпускаем тебя восвояси. Сможешь передать королю Луису, что принцесса Доминика жива и здорова.

Солдат приподнялся над водой и начал громко хохотать. Он все пытался сдержать смех и сказать что-то осмысленное, но стоило ему сжать губы, как его грудь, шею и щеки начинало распирать от нового взрыва хохота.

— Королю плевать! Пусть эта гнилая ветвь его рода загнется на вашем гиблом севере, лишь бы не принесла свои гнилые плоды.

Эдвин шумно втянул воздух носом. Ладвиг выставил руку в предупреждающем жесте.

— Плоды-то гнилые, но в очередь на наследование встанут. У короля нет ни братьев, ни сестер, ни других деток, — спокойно сказал Ладвиг.

— Его Величество сейчас активно занимается решением этого вопроса, — осклабился пленный. — Такая дочь ему не нужна. Можете оставить принцессу себе. Хотя, возможно, король заплатит вам за ее голову, но не надейтесь на слишком высокую цену.

Он снова принялся хохотать, и тут уже у Ладвига закончилось терпение, он надавил ботинком на плечо солдата, опуская того на лопатки. На секунду южанин по самый кончик носа оказался под водой и затрепыхался, поднимая волны и пуская пузыри. Ладвиг отступил назад. Пленный побарахтался пару секунд и снова сел, глядя на них с детским испугом.