Опираться только на свои выводы? Тоже вариант, тем боле они уже сделаны и всего лишь требуют подтверждения. Нет, ну а что? Власти больше нет, со всех сторон враги напирают, и что-то мне подсказывает что бояре меж собой вряд ли договорятся. Скорее будет так что каждый забьется в свой угол, ну или максимум с кем-то из соседей объединится. И это не просто домыслы, это я на факты исторические опираюсь. Тут даже в мирное время престолонаследие сложно проходило, что уж говорить про теперешнюю ситуацию. Впрочем беда эта не только росская, или русская, тут как угодно, смысл всё равно один, беда эта общечеловеческая, — эгоизм и стремление к наживе называется. В общем для себя я решил что не договорятся они, не смогут через заложенное природой переступить.

И нет, я не расстраивался и не рвал на себе волосы, прав был Шереметьев, нельзя опускать руки. А что для меня, то на самом деле не всё так плохо, и если не сглупить, вполне можно в дамки выйти. Ведь если по факту — мои знания плюс упорство и мутная водичка — вполне себе нормальный такой коктейльчик получается. Главное всё как надо сделать.

Постояв ещё какое-то время на крыльце, я спустился вниз и прошёл к своему шатру, отмечая что народ потихоньку угомонился. Не сказать что все были веселы, хватало и мрачных рож, но в большинстве своём мои бойцы выглядели довольными жизнью. — Ну а что, толком и не повоевали, зато трофеев набрали, хоть отбавляй. Тем более добытые в бою доспехи или оружие, когда распределялись, становились собственностью ратника, — так чего ж тут не радоваться? И даже я, если днём ранее смотрел на своё войско с какой-то затаённой жалостью, то сейчас это прошло. Доспехи теперь были практически на всех, исключение составляли какие-то единицы, да и то за счёт своих физиологических особенностей — два толстяка каких поискать, и два карлика, броню на которых нужно делать отдельно. Но ни те ни другие в бой не ходили, карлы возницами пристроились, а толстяки по кухонным делам, так что особенно в доспехах и не нуждались. Ну а в общем, если не учитывать этих отщепенцев, вся моя дружина была полностью экипирована и вооружена. Топоры имелись вообще у всех, копья примерно у половины, а мечами могла похвастать аж треть войска, что было очень даже неплохо. Стрел, правда, всё же маловато, но по сравнению с тем что было совсем недавно, прогресс на лицо.

Но даже глядя на довольных ратников, я особенно не обольщался, понимая что настоящих воев в моей дружине совсем немного. Ведь какой из вчерашнего крестьянина или городского работяги ратник? Да что там ратник, многие из этих людей даже меч правильно держать не могли. Это когда у тебя автомат в руках, то не особенно важно какой ты комплекции и насколько хорошая у тебя реакция. Пуля она что? — Дура! А тут совсем другое дело, тут железяками махать надо, и желательно не просто махать, а со знанием дела. В общем, людей обучать нужно если я хочу получить на самом деле серьёзную силу. Такую, чтобы по-суворовски, не числом могла брать, а умением.

Пока нашёл дядьку Ивана, трижды обошёл весь лагерь. Вроде вот, говорят только что здесь был, а на поверку и нет его, носится как угорелый. Но в итоге я его всё же поймал, и выслушав краткий отчёт как у нас всё замечательно и хорошо, озадачил обучением бойцов.

— Хотя бы самые основы, так чтобы хоть что-нибудь соображали. — глядя на его скептическую ухмылку, говорил я. Иван не спорил, но по лицу было видно что идея ему не нравится.

— Здесь и не развернуться толком, да и люди устали, отдых нужен… — всё же возразил он.

— А ты толпу не создавай, собери несколько групп по пять человек, и потихоньку учи их. Чего зря время тратить?

Я прекрасно понимал что для нормального обучения здесь нет подходящих условий, но глядя как некоторые обращаются с оружием, просто не мог откладывать. Людям в срочном порядке нужно было научиться основам. — Как ставить блок, куда целить, с какой стороны лучше рубить? Или хотя бы как в группе работать; кто куда бежит и кто за кем смотрит, что тоже немаловажно. В общем, азы бы самые хоть дать.

А когда он всё же сдался, в лагерь прибежал посыльный от воеводы, и сообщил что меня ждут в тереме.

Голому собраться — только подпоясаться, поэтому уже через пол минуты я сидел в седле и правил в нужную сторону.

Доехал, привязал коня, поправил доспехи и поднялся по лестнице. Дверь была приоткрыта, и заглянув, я прошёл в дом.

— Проходи Максим Корнеич, — непривычно обратившись по имени-отчеству, с порога «принял» меня воевода, — присаживайся, послушай что люди говорят, а может и сам чего подскажешь.

Выбрав место в самом конце стола, я молча уселся и стал разглядывать собравшихся. А посмотреть было на что. Занятые беседой, эти люди почти не отреагировали на моё появление, восприняв его как что-то незначительное и поэтому неважное.

— Если до конца седьмицы не решим этот вопрос, потом можем просто не успеть! — хорошо поставленным командирским голосом прорычал широкоплечий дядька в массивной кольчуге и закрывающем плечи плаще. И хотя лет ему было много, выглядел он вполне моложаво, даже несмотря на седые волосы.

— А куда нам теперь спешить? — возразил ему не менее возрастной, но не настолько широкоплечий товарищ. Если я не ошибаюсь, то я встречал уже этого человека на приеме у Валиевых, помню правда смутно, там много кто был, но вроде бы его звали его Василием Ивановичем Лопухиным, как Чапаева. Наверное потому и запомнил.

— Василий, ты в своем уме? — подтвердил мои догадки великан. — Как это куда спешить? Враг у границы — а ты куда спешить?

— Да не смеши мои седины, Гаврила Петрович, какой враг? У какой границы? Они ещё вчера едва ноги унесли, вон, пацан не даст соврать — повернувшись ко мне, Лопухин «сверкнул» глазами. — Если уж мальчишка со своим сбродом смог выкрутиться, да ещё и Шереметьева отбить — о каких врагах ты говоришь?!