Лечили их долго, и мне довелось присутствовать на одном из сеансов. Многое я, конечно, уже подзабыл, но то что такая чистка требует огромного количества энергии, помнил отчётливо.

Пациентку тогда уложили в воду, и пропуская через остатки её энергосистемы ману, постепенно восстанавливали поврежденные участки. Энергию же не «выбрасывали», а обновляли, проводя через огонь.

Первая партия маны пошла с трудом, но через какое-то время её движение ускорилось, и дальше я только и успевал менять камни, «перезаливая» их по мере опустошения.

Процесс не столько сложный, сколько муторный, однообразный. Наверное поэтому я так увлёкся, что на какое-то время просто «выпал» из реальности, и очнулся лишь когда треснул первый камень, самый крупный из имеющихся. Он помутнел, покрылся мелкими серыми точками, и потом просто рассыпался — словно и не алмаз вовсе, а какая-то труха.

Остановив перекачку, я собрался, и внимательно изучил изменения энергосистемы парня.

И вроде бы никаких отличий, с тем что было, не выявил, но это ни о чём не говорило, Москва не сразу строилась, и надо подождать.

Пока сидел в ожидании изменений, изучил то что осталось от алмаза, и почему-то не удивился, обнаружив что это самая обычная угольная пыль.

А тем временем с пациентом происходили серьёзные метаморфозы.

Лицо его просветлело, дыхание стало более ровным и уверенным, ушли синяки под глазами и спала отёчность рук. Теперь, если не знать подоплёки, можно было сказать что парень просто спит.

Но это были лишь внешние проявления, внутренне пока всё оставалось так же, и я приступил ко второй части «лечения».

В этот раз энергия пошла куда увереннее, и мне даже пришлось увеличить интенсивность потока, при этом я буквально физически ощущал как восстанавливаются не только пораженные каналы парня, но и расширяются мои собственные.

Никогда не работавший с такими объёмами энергии, я не мог сказать когда нужно остановиться, поэтому решил не торопиться, и потихонечку «унял» бушующую энергетическую реку. Тем более в этот раз энергетика пациента стала куда целостнее, и мне показалось что он даже пошевелился.

— Ты меня слышишь? — когда эмоции улеглись и можно было более менее адекватно контактировать с внешним миром, спросил я.

Губы парня дрогнули, но никакой другой реакции не последовало.

— Пить? Ты хочешь пить?

Обернувшись к помощникам, я приказал дать ему воды и перетащить в ванну. Водные процедуры должны были смягчить последствия такого мощного воздействия. По-хорошему, их бы и проводить в воде, но теперь уже в следующий раз.

В комнату робко постучали.

— Войдите. — разрешил я, глядя как в приоткрывающуюся дверь осторожно заглядывает какая-то женщина.

— У вас получилось? — дрогнувшим голосом спросила незнакомка, полностью появляясь в проёме.

Невысокая, примерно того же возраста что и человек без имени, черные волосы до плеч, лицо приятное, только заплаканное. Одета не броско, но очень дорого.

— Пока не могу сказать, нужно время. — ответил я, заставляя женщину всхлипнуть, но тут случилось неожиданное.

— Пить… Пить… — едва слышно прошептал пациент. Пока я отвлёкся, он открыл глаза.

— Гриша! Гришенька! — воскликнула женщина, и едва не снеся меня с дороги, кинулась к парню.

— Бабушка… Пить… — уже более осмысленно прошептал он, заставляя помощников столкнуться лбами в попытке дать ему воды.

— Он очнулся? — заглянул мужчина.

— Дед… — с усилием повернул голову парнишка. — Что со мной?

Тот дёрнулся подойти, но я остановил его.

— Дайте отдохнуть вашему внуку. Ему нужно поспать.

— Так он уже целый год без малого спит! — возразил тот.

— Нет, тогда это была кома, а спать он будет сейчас. Здоровый сон лучшее лекарство.

— Что было? — человек без имени упрямо продолжая сталкивать меня с дороги.

— Неважно. Но если вы хотите чтобы ваш внук поправился, сейчас вам нужно уйти. Всем. Я не шучу.

Человек замер, попятился, пробормотал какие-то извинения, и собравшись, рыкнул глухо.

— Ольга! Нам пора!

Женщина обернулась, но тут же вновь припала к груди внука.

— Ольга!

— Оставьте её. Пусть побудет недолго. А нам с вами необходимо поговорить. Пойдёмте.

Мы вышли, и не давая мне и рта раскрыть, человек без имени принялся горячо благодарить.

— Спасибо! Вам всё же удалось! Я уже даже не надеялся! Лучшие лекари опустили руки! Это просто самое настоящее чудо!