Гулял не просто так, а собирая все крупные камни, до каких только мог дотянуться. Метательные снаряды для обороны и будущих тренировок сложил горкой у входа. Пригодные для строительства — заносил внутрь.

После пережитой холодной ночи я с большим интересом взглянул на пыльные тряпки, застрявшие в кустах. Собрал лохмотья, вытряхнул, разложил под солнцем, прижимая камешками. Дополнительно проветрить и обеззаразить чью-то бывшую одежку под действием ультрафиолета.

В основном, моей добычей стали узкие длинные полоски ткани, поношенные и потрепанные, но благодаря песку и ветру не сохранившие запаха своих прежних владельцев. Никаких иллюзий я не питал, понимая, что передо мной набедренные повязки погибших здесь людей. Аналог нижнего белья. Не в нашем положении привередничать, сгодятся на навесы для защиты от дневной жары, пыли и насекомых. И для сбережения тепла ночью.

Вторая многочисленная категория находок — это всевозможные лоскуты и обрывки. Что-то из найденного можно использовать для апгрейда одежды. Совсем уж невообразимые лохмотья, заскорузлые от крови — не брал. По понятной причине они не сгодятся даже для изготовления факелов.

По причине жары крупная жизнь в окрестных руинах попритихла, и я вышел за пределы безопасной зоны. Вопрос с дровами следовало решать и для этого посетил небольшую сосновую рощу, замеченную неподалеку. Собрал хворост, на растопку сухих иголок, не обошел вниманием разлапистые шишки, которых набил в найденный здесь же мешок под самый верх. В качестве благодарности этому островку зелени закопал киркомотыгой в песок десяток нераскрытых шишек в разных местах на некотором удалении. Когда-нибудь сосновый лес покроет занесенные песком руины полностью. Новая жизнь символично одержит верх над тленом и разрушением.

Рощицу окружали холмы, которые при ближайшем рассмотрении оказались ничем иным, как развалинами зданий. Годы присыпали их песком, покрыли кустарником и травой. А впрочем, ничего удивительного. Просто какие-то постройки рухнули быстрее, другие сохранились лучше, потому что возводились позднее. Или более талантливыми каменщиками. Вот бы в них пошарить! Оружие, артефакты, ценности, даже посуда и дрова в нашей ситуации лишними не будут! Но лезть одному в древние развалины без подстраховки — не самая лучшая идея.

Не сказать, чтобы местность кишела живностью, но крупные пауки и змеи стали неприятным, хоть и ожидаемым сюрпризом. Неказистые фаланги с длинными мохнатыми ногами и огромными крючками-жвалами таились рядом с людскими останками, охотясь на роящихся насекомых и даже мелких ящериц, ищущих поживы на костях.

Судя по характерным следам на песке, змеи активно перемещались по всей округе. Но днем предпочитали отсиживаться под камнями или в норах. Иногда под кустами замечал свернувшийся кольцами живой «шланг». Отгонял этих тварей древком, при первых признаках агрессии, убивал. Меньше всего мне хотелось получить в качестве побочного эффекта мародерки смертельный или крайне болезненный укус.

Предварительно пошумев годентагом, чтобы разогнать опасных обитателей, рубил сухие побеги, резал пучки травы, не забывая осматриваться по сторонам. Следующим рейсом принес несколько каменных блоков, выбранных из полузасыпанной стены. Будущему владельцу собственной башни полезно «потренироваться на кошечках». Хотя бы улучшая крошечный домик внутри храма. Как муравей я таскал в норку топливо, траву, тряпье, камни. Тяжелая работа на жаре быстро вымотала, но мне удалось основательно запастись ресурсами, чтобы сделать нашу жизнь чуть комфортнее.

Немного маны аккуратно, чтобы не повредить, слил в амулет Айны, лежавший у божественного обелиска. Как выяснилось в процессе изучения, он не требовал для использования никаких умений, защищая владелицу автоматически. Возник сильный соблазн присвоить полезную вещицу. Получается, всю грязную работу делаю я, защищаю этих баб, значит, в их интересах сохранить мое здоровье. Серая муть в душе всколыхнулась, реагируя на нехорошие мысли. Или же направляя их?

Вот и проявила себя коварная дрянь, налипшая на эфирное тело и проникшая внутрь. А я уж было успокоился, что скверна не причинила ощутимого вреда. Вот он, взгляд полного дилетанта. Особых иллюзий, что Храм сделает всю работу за меня — не питал. Поэтому уселся медитировать у обелиска. В надежде избавиться хотя бы от небольшой толики нематериальной грязи. В этот раз на помощь пришел ветер. Свежий порыв, предвестник вечерней прохлады, пошевелил волосы на макушке. Уцепившись за этот образ, я «расправил крылья и воспарил» в потоке воздуха, сжимая крошечную сферу амулета в правой ладони. Забившая поры соленая грязь, частички кожи осыпались с меня невидимым потоком.

Ощутил себя свежим и чистым, словно принял душ. Хм, неплохо. Однажды в жизни, когда из учебки нас везли по железной дороге в часть, не мылся четверо суток. Просто не было возможности. А ехали мы в разгар жаркого лета в душном плацкарте. Ставить новый рекорд по этой части мне совсем не хотелось. Особенно в жопе чужого мира.

Едва спала жара, на запах наших тел слетелись кровососы. Лечебное масло, которым Айна смазала наши волдыри, не только избавило от изводящего зуда, но отбило жажду крови у насекомых. Твари звенели над ухом, но не садились. Аборигенка нарезала очистки ромбовидных бутонов и закинула их на тлеющие угли очага, энергичными махами разогнала едкий дым по Храму. Чем выгнала мух и москитов прочь.

Благодарная за исцеление укушенной щеки и ушиба Дарья позвала новенькую ночевать в наш домишко. Который мне пришлось в спешном порядке реконструировать — после медитации я незаметно задремал, даром, что на закате спать нельзя. Дарья меня бесцеремонно растолкала, как раз с этим аргументом наперевес. Коза охреневшая! Поднял стенку немного вверх и расширил помещение на пару блоков. Перестелил крышу. Заодно устроил по торцам рамы, на которые распорядился прикрутить завесы из собранных сегодня тряпок. Для сохранения тепла и против незваных гостей. Женщины перебрали травяную подстилку, вытряхнули и переложили циновки, набили свежим сеном мешки-подушки. Так, сообща оборудовали шикарный будуар. Жаль, что ни сил, ни желания испытать «траходром». Оно и к лучшему, что никакой взаимности от целых двух сожительниц. Защитил, накормил, спать уложил. И можешь отдыхать с чистой совестью, мужик.