Стеклянный сосуд с маслянистой жидкостью, керамическую аромалампу, глубокое серебряное блюдо с чеканкой на дне, расписную чашу с двумя ручками, клубок металлических цепочек, склянку с каким-то сыпучим веществом. На этом воевода остановился, но мы по разу заглянули внутрь мешка. Основной вес клада составляли два десятка медяков «последней платы» и целая коллекция украшений: колец, перстней, браслетов, сережек, заколок и фрагментов металла. Среди изделий преобладали бронза и железо, но встречалось серебро и даже золото. Нашлась даже связка раковин-каури. Кто-то трудолюбиво ограбил это кладбище некоторое время назад и спрятал свою добычу на будущее.

На самом дне одна вещица царапнула глаз отголоском магической энергии. Выудил необычный круглый кулон с крупной сферой. Судя по характерным признакам — защитный артефакт, но характеристики неизвестны.

— Никогда такого не видел, — признался Эрик, — Ты знаешь, что это?

— Надо зарядить, тогда узнаю.

— Так парни, план перевыполнили! Уходим в оазис, — приказал командир, а оставшимся на погосте врагам прокричал: — Мрази, мы вернемся!

По пути к куполу соратники вяло чморили Толика за то, что трусливо сбежал. Придавленный осознанием вины, парень невпопад отвечал что-то вроде:

— Да что я вам сделал? Все же живы. Ну, не мое это все, не мое!

— Это Скверна за нас говорит, — пробормотал Владислав, в который раз расчесав зудящее от укусов сотен черных частиц лицо.

— Умойся, — посоветовал ему, — Давай полью.

Парня «плющило». Если мы с бронзовыми амулетами нахлебались дряни, то нашей голытьбе с деревяшками вообще крышу рвет натурально. Отсюда и злословие.

— Щас пройдем через купол, станет полегче, — пообещал Эрик, — И сразу к Сергею, пусть выводит эту херню. И Кирюху подлечит.

Пострадавшему сделали шину, повесив сломанную руку на шею. Предварительно обезболили крепленым финиковым винищем. Второй рукой он опирался на Корнея, но все равно отряд плелся с черепашьей скоростью.

«Тупой самонадеянный ублюдок!» — обругал про себя нашего предводителя. Нам крупно повезло выйти из этой мясорубки без серьезных потерь. Внезапно обострилась подозрительность и меня беспокоили возможные последствия нашей неожиданной находки. Кто-то же спрятал богатую добычу, явно не желая светить ее в Оазисе.

— Эрик, как думаешь, чья это заначка?

Командир азартно оскалился:

— Да и похрен! Что с бою взято, то свято!

— Тут, случайно, нет теплой компашки деловых, чтобы нам предъявить и в долги непомерные загнать?

— Да не-е. Совет порвет любого за такую заначку, только объявись. Сам понимаешь, крысятничество в крупном размере. Пойдет гнилая движуха дальше, все скурвимся и передохнем. Жульничать разрешено только Совету, хе-хе. Да и место тут такое, глухое, у топов особым вниманием не пользуется. А таких же нищебродов, как мы, просто на хрен пошлем. В своем праве.

— С Общажной башни могут сюда ходить?

— Черт! Могут! — Эрик рубанул свободной рукой воздух и повернул лицо к далекому куполу, — Эти могут.

— Встретил вчера четверых ополченцев из нее под красным деревом. Устроились на отдых. Им до этого могильника оттуда как бы не ближе, чем нам.

— Не, поверь, мы одни такие дурные из всей младшей группы. Сам говорил, нельзя заходить на кладбище. Это очень крутая снаряга нужна! Если только кто-то из старших от наших соседей там пошустрил. И прикопали же в спешке! Собирались перепрятать. Как раз их всех отправили с караваном, может, потому и не забрали? — воевода размышлял вслух.

Как ни крутил ситуацию с тайником в голове — смысла не прибавлялось. Все же на виду. Если только не смогли за раз вытащить всю добычу. Или же это пришлые пошакалили у наших границ? Или кто-то собирается бежать из Оазиса?

— Почему золото и серебро не забрали с собой? Амулет крутой?

— Значит, все-таки наши это были. Драгметаллы полагается сдать на перечеканку, — напомнил командир.

— Выходит, скрывать нам ничего нельзя. Все несем Матвею?

Эрик печально «угукнул» и добавил: — Иначе выход нам не засчитают.

— А сферы? — напомнил Владислав.

— Их делим на всех, кроме ссыкуна, — и командир громко объявил: — Толик, ты уволен!

Сделали короткий привал во вчерашней рощице, чтобы поделить навыки. Признавая мои боевые заслуги, Эрик нехотя уступил мне Осколок души. Себе выбрал Ножевой бой. Так же мне традиционно достались бусины-пустышки и большая часть песочка, которые следовало превратить в батарейки. Сегодня очень кстати благодаря мне у Влада оказалась лишняя возможность активировать «Мир и покой».