— Да вернется твоя Этель, можешь не беспокоиться, — слышит Марта голос мужчины и вздрагивает. — Эта псина всегда возвращается, ничего другого она не умеет, — добавляет Берт, а Марта оборачивается и чувствует: все, что было между ними ночью, осталось в прошлом.

— Не знаю, — отзывается она. — Сколько всего мы умеем, когда никто не смотрит?

— Марта, — говорит Берт, — мы справимся. Все наладится.

— Этого никто не может знать.

— Я знаю. Остров не причинит нам вреда. Он любит нас.

— Остров не умеет любить. Он лишь точка на карте, — отвечает Марта и идет в кладовку, достает банку с кофе и стучит ею об стол.

— Но очень необычная точка.

Марта открывает банку и понимает, что зерен почти не осталось.

Смотрит на Берта и видит его впервые за все утро, а может быть, за всю жизнь. И не знает, кто он такой.

Почему муж следует за нею и в то же время оставляет одну?

Марте не хватает кислорода, она выпускает банку из рук и выходит на улицу. Во дворе по-прежнему стоит этот запах, одновременно знакомый и чужой; он растекается повсюду и напоминает Марте о том, как однажды она забыла пингвиньи яйца на подоконнике. Почему она оставила их там, почему позволила запаху распространиться и пропитать одежду? Почему она это сделала?

Марта поднимает взгляд и смотрит на склон, по которому змеится тропа, ведущая наверх, к картофельным полям. Тропа змеится вниз, вдоль нее движутся какие-то точечки. Все вместе они образуют черного червяка, который ползет в сторону поселка.

Марта поднимает руку и ощупывает свои ребра: они на местах.

Тут пока все цело, но кое-что другое может не уцелеть, — говорит она себе, хотя на самом деле уже знает правду.

Над поселком, вблизи Цыганского оврага, находятся два водопада. Говорят, что на уступе между ними зарыто сокровище: медный котел Томаса Карри, наполненный золотыми монетами.

Томас был в числе трех первых жителей острова. Когда оба его товарища умерли, Томас остался на острове один, затосковал, осушил все бутылки до дна и стал ждать кораблей, которые привезут новые бутылки.

Время от времени он попадал на корабли и пил. Напившись, Томас хвастался морякам, что спрятал на острове монеты, но, как бы пьян хитрец ни был, он не рассказывал, где зарыл клад.

И вот настал день, когда ром одержал над ним победу. Томас повалился на палубу и приготовился к смерти.

— Где ты спрятал монеты? — спросили моряки.

— У водопа… — произнес Томас и умер.

Моряки высадились на остров и стали искать сокровище, но ничего не нашли. Клада так и не обнаружили вплоть до сегодняшнего дня — точнее, до сегодняшней ночи, этой холодно-горячей и влажной ночи, когда одежда становится сырой и прилипает к коже.

К счастью, рядом со мной есть собака, ее мягкий мех, к которому можно прижаться: мы сидим с собакой в пещере-яме. Я сам выкопал ее, когда искал клад.

Говорят, Томас Карри убил своих товарищей, а потом утверждал, что они утонули.

— На рыбалке.

Правдоподобное объяснение.

Но однажды лопата стукнется о котел, и монеты станут моими. И тогда я буду делать, что захочу. Объеду все континенты и смогу купить все, что только пожелаю; меня будут всюду принимать как долгожданного гостя, и я привезу маме гостинцы из всех уголков мира. Духи, розы и шипы для мамы, которая опять станет ждать на берегу, и грудь ее будет вздыматься от гордости и облегчения.

А может быть, лопата ударится о кости, о то, что остается, когда друг предает друга, когда друг желает власти, но оказывается со своей властью наедине.

Одинокий император на своем острове, из подданных — одна-единственная собака.

Островитяне приближаются к Марте: кто-то идет пешком, кто-то едет на тележке. У всех усталые, сонные лица. При виде Берта и Марты, которые стоят во дворе своего дома как ни в чем не бывало, люди изумленно восклицают:

— Почему вы здесь?

— Вы что, тут и спали?!

— Вы не видели Джона?

— Джона? — эхом откликается Марта, не зная, на какой вопрос отвечать. — Его тут нет.

Она видит женщину, которая несется к дверям соседнего дома и распахивает их: а вдруг мальчик читает на кухне книгу или сидит в своей комнате, закутавшись в одеяло?

В безопасности, в этом выпачканном доме.

Но женщина возвращается во двор и падает на землю. Плачет и кричит, потому что это она умеет лучше всего, потому что Джон для нее дороже всего, ну, или она просто делает вид, что это так, — думает Марта и вздрагивает от собственной холодности.