— И если ты не станешь делать глупостей, Джадуга не причинит тебе никакого вреда, — шепотом пообещал я.

— Чо те надо?

На паяльщика было жалко смотреть. Он по-прежнему боялся даже шелохнуться, отчего сопли потекли рекой, и я брезгливо отодвинул ствол.

— На эту кухню недавно привозили кукуга, — вкрадчиво проговорил я, уже понимая, что для раскола сопливого мне даже не понадобится «низкий писк». — Из качественных, не уличных. Она все еще здесь?

— Нет! — без раздумий выпалил чу-ха, обвивая себя хвостом и вскидывая верхние лапы. — Не здесь. Никого не привозили! Ты с чего это вообще взял? Мы чиним гаппи. И фаэтоны немного. Я не видел никаких кукуга.

Я покивал головой и ласково ткнул его стволом «Молота» в левое плешивое ухо.

— Отпирай подвал. И не дергайся.

— Не нужно… — плаксиво пропищал мой собеседник.

«Молот» снова стукнул его в ухо, на этот раз значительно сильнее. Скуксившись и утирая безобразный нос, паяльщик пошлепал к светящемуся квадрату на полу. Плечи его подрагивали от страха и отчаянья.

— Там внизу, — спросил я в его спину, — сколько?

— Двое, — всхлипнул тот, прикладывая сморщенную ладонь к дактилоскопическому замку. И добавил, будто я не поверил и уже собирался его ударить: — Клянусь, только двое! И… кукуга.

Мое сердце подпрыгнуло, чтобы тут же потяжелеть и тревожно забиться.

— Скажи своим, чтобы не дергались, — приказал я, напоследок осматривая пустую лавку. — Без повода стрелять не собираюсь.

Сопливый кивнул. Распахнул люк, откуда мгновенно вырвался сноп яркого света. Шагнув на первую бетонную ступень, он нагнулся и срывающимся голосом пропищал вниз:

— Парни… это я иду… вы там не дергайтесь, хорошо?

— Ты чо, снова вмазался?! — недовольно рявкнули из подвала. — Уговорились же закончить сперва! Байши, ты совсем спятил, говна кусок? И кто там ваще приходил?!

Но я не был настроен развивать дистанционную беседу — быстро сдвинув «Сачирато» на лоб, схватил паяльщика за засаленный ворот куртки и буквально сбросил того в подвал, прикрываясь тощим чу-ха и стараясь не щуриться от перемены освещения.

Подземная кухня, как и предполагалась, была вдвое просторнее контейнера сверху. Да и нарочной грязи тут не разводили, разве что хватало ее на полу.

Лестница наверх располагалась вдоль торцевой стенки. Вдоль длинной правой выстроились верстаки и стройные, прикрытые прозрачными чехлами стеллажи с запчастями для консолей и рядами ворованных целых, старательно рассортированными «болтушками» и батареями от гендо. Под потолком разбегалась по углам внушительная сеть кабелей и систем скоростного подключения к Мицелиуму.

У левой стены разместились сразу две «кукольные дыбы» — откидные полусидячие лежаки для калибровки кукол. За ними виднелись закутки туалета и хозяйственной подсобки; чуть дальше несколько шкафов отгораживали спальную зону с двухъярусным топчаном и умным пищевым комбайном. Едва слышно гудела вентиляционная система, наполнявшая лабораторию приятной прохладой.

Вопреки моим опасениям, чу-ха внизу оказалось действительно двое.

Первым был определенно глабер, с выбритой головой — знаком цеховой принадлежности, — суетливый и жилистый, он сидел сразу за парой активированных консолей, а его когти с завораживающей точностью клацали по сенсорным отверстиям двух портативных клавиатонов. Второй паяльщик был как две капли воды похож на сопливого, разве что выглядел менее больным и чуть более опрятно одетым.

А еще… еще в подвале обнаружилась кукуга — чистенькая самочка из онсэн, каких можно встретить только в хорошем уютном доме.

Кукла полулежала в одном из массивных сложносоставных лож, ее хвост нервно подрагивал в специальном углублении. Голову синтета венчал тяжелый вытянутый шлем точной подстройки, скрывавший морду, от него к потолочной паутине тянулись несколько кабелей.

— Тут попахивает чем-то не совсем законным, — весело констатировал я, отпуская Соплю, брезгливо вытирая пальцы о пальто и покачивая башером. — Любите ходить по тонкому льду, ребятки?

Глабер протяжно вздохнул и демонстративно отодвинулся на мобильном кресле от консолей. Челюсть второго паяльщика отвисла, глазки забегали, а вой мыслительных турбин мог посоревноваться с гулом ветрогенераторов снаружи.

— А ты еще кто?! — только и сумел выдавить он.

Из его когтей на верстак с хрустом упала легкая плата.

— Гость. Просто гость, — подмигнул ему я, толчком отгоняя Соплю к напарнику и держа обоих в зоне видимости. Подошел к кукуга, с ложным пониманием взглянул на консольные дисплеи. — Который определенно не причинит вам вреда, если вы будете вести себя благоразумно.

Ошалелый паяльщик, которого я решил называть Сухим Носом, беззвучно похлопал челюстями. Его усы топорщились, губы нервно задрожали.