Получилось. Михайло радостно вцепился в него левой рукой и стал подворачиваться. Левин прижал его к себе и отступил на шаг. Чемпион мира завалился на спину и Владимир Ильич сразу накрыл его и прижал к ковру. Ну, начинайте считать! Нет?! Михаил попытался ворохнуться, но Левин чётко фиксировал его спиной, обхватив рукой за шею и прихватив воротник куртки.

— Считай! — рыкнул он на вертящегося рядом судью.

— Нет фиксации! В стойку, — хлопнул его по руке продажный судья.

Да, чтоб тебя! Сволочь, чтоб ты свисток проглотил! Крекс-фекс-пекс! Ой, мать вашу! Чего натворил!

Судья свистнул и закашлялся. Свалился на землю и стал синеть, Хватаясь за горло. Нет. В руке свисток. Блин. Твою же налево. Свисток сломался, от него отделилась чёрная пластмасска полукруглая, и, видимо, шарик попал в рот и дальше не в то горло. Да ещё и с этим куском свистка. Приличная такая дырка вместо этой полусферы.

Левин всё это в мгновение оценил и тоже бросился к судье, хотел обхватить за руки сзади и встряхнуть, как в фильмах показывают. Не дали, второй судья и врач оказались у крутящегося и выгибающегося на ковре бедняги раньше. Они перевернули его на живот и потом стали стучать по спине. Да хрен там! На глазах мужик синел, уже и дёргаться почти перестал. Левин оттолкнул второго судью и попытался всё же приподнять тело, но получил удар в бок от Левицкого. Что за хрень? Умрёт же дядька. Удар в чухальник он за своё судейство и дисквалификацию, может, и заслужил, но вот смерть…

Левин снова рванулся к судье, хрипящему на ковре.

— Поднять нужно! Он куском свистка подавился! — закричал Владимир Ильич, но опять был остановлен Левицким. Дебил, блин.

В это время принесли носилки доктора и унесли беднягу. Точно помрёт. А скорая откуда? А, ну да — на соревнованиях должна быть.

Соревнования прекратились. Судьи и тренера ушли из зала вместе с докторами и долго не возвращались. Владимир Ильич отправился в свой угол на ковре и, скрестив ноги, сел на него. Хотел дыхание и спокойствие восстановить. Не получилось. Только глаза прикрыл.

— Ты кто такой? — напротив стоял Михайло.

Как там у мужа Анжелики Варум?

— Ты не бойся, я хороший, хоть на вас и непохожий.

Непохожий на тебя, непохожий на меня,

Просто так прохожий — парень краснорожий, — пропел Левицкому Левин.

Фамилии похожие. Отсюда ассоциация.

— Что?! — выпучил глаза ветеринар будущий.

— Я есть Грут.

Так лучше?

— Что?!

— Сами мы не местные, отстали от поезда, поможите на билет, кто сколько может.

— Что?! Ты дурак, пацан? — отошёл от него Михайло, махнув рукой.

Если честно, то шутить не сильно хотелось Владимиру Ильичу. Ведь после ситуации с прыщавыми деревенскими парнями дал себе зарок держать этот свой дар в узде. И при первом же поводе воспользовался. Теперь ещё понятнее стало, как работает его проклятье. Его нужно сильно разозлить. И этот крекс-фекс-пекс тогда сам получается. Просто не думал о последствиях. Нужно будет попробовать на каких-нибудь мышах или тараканах, решил Владимир Ильич. Додумать не дали.

— Товарищи, продолжаем соревнования, — булькнул хрипящий динамик. — Судью Карпенко увезли в больницу. Его заменит на турнире судья республиканской категории Востриков. Схватка между мастером спорта международного класса Левицким и Костиным продолжится. Время с начала схватки сорок пять секунд. Соперники на центр ковра.

Событие пятьдесят девятое

Если ты упал семь раз, встань восемь.

Не важно, будешь ли ты лучше кого-то. Важно, будешь ли ты лучше, чем вчера. Дзигоро Кано — создатель дзюдо и основатель школы Кодокан

— А говорил, что круче крутого яйца, — к лежащему на полу Владимиру Ильичу подсел на корточки председатель колхоза Рыжов.

Левин вымотался так, что мушки чёрные перед глазами летали — порхали. Еле доплёлся до скамейки после схватки и закатился под неё. Сам. Нужно было лечь, явное кислородное голодание мозга началось, ещё бы десяток секунд — и на ковре отключился. Не успел организм Костика старый тренер подготовить к таким напряжённым схваткам. Тупо времени не хватило. Хорошо хоть это успел, всё же операция была не простой, да потом ещё нагноение раны началось, долго заживала. А если по чесноку, то всё же слабоват был реципиент, явно не уровень чемпиона мира. С колхозниками и прочими студентами ветеренарными Левин бы справился. А тут чёрт принёс Левицкого. И это ещё хорошо, что Левицкого, Владимир Ильич его манеру борьбы знал, но, как ни крути, а шесть-семь килограмм веса разницы! И это не жирок на животе, а мышцы, длина рук и рост. Сплошные преимущества.

Сам Левицкий сдох не менее Костика. Оба последнюю минуту тупо ходили друг вокруг друга и активность пытались демонстрировать, чтобы предупреждение не получить. У обоих по одному уже было. Брали захваты, срывали, дёргали легонько. Понимали, что предстоит схватка в финале и просто тянули время, ожидая свистка. Закончилась схватка со счётом пять — три в пользу Левицкого. И это не давало ему вообще никаких преимуществ перед проигравшим Квасиным. В самбо в начале турнира не олимпийская система и не на выбывание. Придумали апологеты самбистские странную систему штрафных баллов. Нужно набрать шесть, и тогда ты выбываешь. За проигрыш дают четыре, за победу по очкам — два. В результате у Квасина четыре штрафных балла, а у Левицкого — два. Проигрыш в любой следующей схватке — и ты выбываешь. Правда, всё же Владимиру Ильичу чуть сложнее — ему, чтобы дойти до финала, все остальные схватки нужно выигрывать либо за явным преимуществом, либо болевым приёмом. Тогда штрафные баллы не начисляются.