— А если вот так! — донеслось сверху. Похоже, Эя закончила со стрелками и обратила своё внимание вниз. В три самых больших скопления людей полетели склянки с жёлто-кислотной жидкостью. Не прошло и десятка секунд, как жидкость начала шипеть на полу и выпускать облака пара.

— Кха, кха… — противоборствующие стороны одновременно зашлись страшным кашлем, половина так и совсем не смогла устоять на ногах, упала на колени, раздирая себе руками шеи.

— Пора валить, — крикнула Шай.

Облако дыма, начало стремительно перемещаться в нашу сторону и мне совсем не хотелось почувствовать то же самое, что и умирающие на полу бедолаги.

Дым быстро заполонял помещение, расходясь во все стороны. Выход, как назло, находился как раз с другой стороны и чтобы до него добраться придётся двигаться быстро.

— За мной, — сказал я Шай.

Мы через многие битвы прошли вместе и уже успели выработать те интонации, которые точно показывали, что нужно подчиниться. Причём это действовало в обе стороны.

Бегом переместились к боковой стенке, здесь концентрация дыма ещё не дошла до тех, что витали в центре зала и метнулись к выходу вдоль неё.

Глубокий вдох и ускориться до предела.

Даже несмотря на задержанное дыхание горло и носоглотку опалило горечью из глаз прыснули слёзы. Хотелось крикнуть Шай ускориться, но вовремя понял, если открыть рот — будет значительно хуже. К выходу мы добрались уже практически вслепую, глаза жгло огнём, лёгкие бунтовали против отравы.

— Долго же вы, — скучающим тоном заметила Эя, когда мы удалились от входа ра расстояние пятидесяти шагов. Туда, где можно было спокойно дышать.

— Ты что устроила?! — я вызверился на дроу, — Сколько там народа погибло? И главное бесцельно…

— А ты про это… — ничуть не смутившись ответила дроу, — От подобного не умирают, нехорошо будет несколько часов, сильный кашель, познобит, да и только. А что стоило им дать поубивать друг друга?

Эя с наигранным недоумением посмотрела на меня, что гневная отповедь застряла в саднящем горле…

— Хоть бы предупредила, — буркнул я под нос.

— Всегда, пожалуйста, — дроу и раскаяние понятия не совместимые, в чём я только что ещё раз убедился.

Да и чёрт с ней.

Тем временем обстановка на площади начала накаляться, противоборствующие стороны столпились по разные стороны друг от друга и нехорошо поглядывали друг на друга, предвкушая продолжение схватки. Тем более, что и к тем и к другим стекалось подкрепление, как из своих кварталов, так и те кто всё таки смог, хоть на четвереньках, но выползти из тронного зала. Их на скорую руку умывали тем, что попадалось под руку, в основном красным вином из фляг, и ставили в строй. Вояки из них конечно сейчас аховые, но ведь тут ещё и психологический эффект. Чем нас больше тем мы круче, да и шанс получить по голове несколько меньше — эти простые правила всегда работали в уличных драках стенка на стенку.

— Эй вы, собаки безродные, вы на кого руку подняли падаль? — от аристократов выдвинулся молодой ещё парень, лет двадцати.

— Ты то Марс рот та закрой, не то я его тебе помогу закрыть, или думаешь, мы не запомнили, кто начал лизать задницы имперцам, когда они здесь появились, — говорил знакомый ватажник, встреченный во время драки со стражниками возле постоялого двора. Его слова поддержали одобрительным гулом.

Похоже, всё-таки не просто так сцепились, были у них противоречия и до моего вмешательства. Аж полегчало немного, а то всё время меня в виновные записывают, все кому не лень. А тут глядишь и без моего присутствия обошлось. О том что именно я приволок ватажников и рабочий люд во дворец, я предпочту не думать.

— Бас, рожа ты пропитая, что ты несёшь? Где ты меня с имперцами видел? А? И почему же тогда я здесь сейчас, а не как некоторые, сбежал на юг? Почему я остался с княгиней?

— С липовой княгиней, — сказал я, скорее себе, но на площади меня услышали. Вы когда-нибудь ощущали, как на вас наводится заряженная и готовая к выстрелу пушка танка, а если десяток. Во что я испытал в тот момент. Все резко вспомнили обо мне и о том, что я пригвоздил Ласку к трону словно букашку.

— Вот кто всё это затеял, вот кто ранил княгиню, — распалялся аристократ.

— Липовую княгиню, — уже громко ответил я. Чтобы докатилось до всех.

— Не смей называть её не настоящей, она удостоила меня личной аудиенции, а я могу отличить правду от лжи, Ласка была настоящей, подлиннная Ар Верити, — к концу фразы аристократ выхватил длинный кинжал, с явным намерением попортить мою шкуру.

Со стороны ватажников тоже послышалось шуршание стали.

— Тогда кто я по вашему? Уж я как представитель семьи погибшего князя могу отличить свою сестру от подделки.

— Какой ещё семьи, чужак? — медленно наступая в мою сторону, прошипел молодой аристократ.

— Моё имя Рэй ар Верити, я представитель правящей семьи, единственный мужчина оставшийся в живых. Я проливал кровь вместе с вами и под стенами Итиля, мои друзья помогали удерживать Анхурс при осаде имперцев. А вот где был ты во время всего этого? Не припомню ни кого из вас…

Я красноречиво обвёл взглядом аристократов.

— Врёшь. Ходили слухи, что князь принял кого-то в семью, но он погиб сражаясь за столицу. Ты не можешь быть им.