— Спасибо, Одборг, — кивнул король и протянул руку Линде. — Моя леди, к сожалению теперь нам предстоит расстаться.

— Почему? — на лбу Линды появилась небольшая вертикальная морщинка.

— Я сейчас тебе всё объясню, любимая.

Дилль дёрнул Илонну за руку и кивнул, предлагая отойти в сторону. Вампирша послушно проследовала за ним.

— Пусть поговорят спокойно, — шепнул он. — Ещё нескоро… Оп-па, а что у тебя с лицом?

Вампирша провела рукой по лицу и недоумённо нахмурилась.

— Всё нормально. Ты шутить пытаешься?

— У тебя синяк исчез. Разреши?

И не дожидаясь одобрения, Дилль провёл ладонью по щеке Илонны, на которой ещё несколько минут назад был сине-чёрный кровоподтёк, полученный в схватке во дворце. Сейчас кожа вампирши была мраморно-белой, чистой и на ощупь приятно-шелковистой. Дилль глядел ей в глаза и чувствовал, как его затягивает вглубь этого зелёного омута. Странное ощущение с каждым мгновением становилось всё сильнее — ещё немного, и он окончательно утонет в глубине этих прекрасных глаз. Возможно ему показалось, но вампирша на мгновение вдруг стала совершенно другой — не воином, готовым без колебаний снести голову любому, а женщиной, которая хочет любить и быть любимой. Уже в следующее мгновение это ощущение пропало, перед ним снова стоял жестокий и умелый воин.

— Ну, и долго ты так будешь стоять? — насмешливо спросила Илонна, впрочем, не делая попытки убрать руку Дилля от своего лица.

— Извини, — Дилль почувствовал, что краснеет. — Видимо, это Единый вылечил тебя — другого объяснения я не вижу.

— Да и тебе посчастливилось, адепт, — послышался голос Адельядо. — Во всяком случае, ты больше не выглядишь истовым поклонником веганства.

Дилль схватился за голову, но, конечно, на ощупь не смог определить, какого цвета у него волосы.

— Это твой настоящий цвет? — прищурилась вампирша. — А ничего, симпатично. Эдакий ходячий огонь.

Дилль облегчённо вздохнул — ура, он опять рыжий, а не зелёный, словно саранча.

— Ну, я же огненный маг, значит, и причёска у меня должна быть соответствующая, — приосанился он.

— Ты хотя бы причешись, а то на голове у тебя будто разворошённое воронье гнездо, — фыркнула Илонна.

Дилль провёл рукой по шевелюре и вдруг понял, что его левая рука — та, что была сломана и кое-как залечена врачевателями, больше не болит и не ноет. Да и все остальные ушибы, растяжения и синяки, похоже, исчезли. Он чувствовал себя обновлённым и полным энергии.

— Будто медитировал полдня, да? — понимающе усмехнулся Адельядо. — Я тоже испытываю прилив сил — как физических, так и магических. Всё-таки Единый — невероятно сильное существо, и он только что одарил нас частью своего могущества. Он — настоящий целитель, и нашим врачевателям до него, ой, как далеко.

С этими словами гроссмейстер подошёл к высокому кресту, положил руку на перекладину и, закрыв глаза, застыл. Наверное, благодарил сверхголема. Или общался с ним.

Тем временем архиепископ под угрозой отрезания языка наказывал подчинённым не распространяться о произошедшем сегодня в церкви святого Духа. Это он, конечно, погорячился — все эти причетники и певчие уже через час в ближайшем же кабаке будут рассказывать первому встречному о тайном венчании и о том, что Единый лично благословил короля и королеву.

Король, Линда, Луавиль и Рохмиро что-то тихо обсуждали. Дилль подошёл к Ильмингу.

— Мастер, как насчёт ознаменовать королевское венчание каким-нибудь фейерверком?

Ильминг поджал губы и скептически ответил:

— Я могу сделать прекрасный воздушный смерч.

— Боюсь, это не совсем то, что требуется, — смутился Дилль, забывший, что Ильминг не имеет отношения к огненной стихие. — Может, попросить гроссмейстера?

— Не думаю, что он согласится, но попроси.

Дилль не стал откладывать дело в долгий ящик и, дождавшись, когда Адельядо прекратит возносить благодарственную молитву Единому, посвятил его в свой план. Против ожиданий Ильминга, идея устроить небольшой сюрприз королевской чете гроссмейстеру понравилась. Дилль, воспользовавшись расположением гроссмейстера, тут же попросил его объяснить, как создавать кровавый салют.

— Это тебе Иггер рассказал? — полуутвердительно спросил Адельядо. — Вот хрыч старый, ведь знает, что тебе ещё рано воплощать такие заклятья.

— Он мне просто сказал, что есть такая вещь, как кровавый салют, — насупился Дилль. — И нечего обвинять старейшего мастера Академии в том, чего он не делал.

— Ишь ты! — удивлённо протянул Адельядо. — Защищаешь учителя? А ты знаешь, что кровавый салют — это заклинание третьей ступени обучения? Оно несложное, для него требуется всего лишь капля крови, но если заклинание у тебя выйдет из-под контроля, то твой организм будет иссушен до состояния мумии. Вся твоя кровь уйдёт в салют. Безусловно, это будет красивейшее зрелище, вот только ты умрёшь. С твоей способностью не уметь останавливаться, думаю, всё так и произойдёт. Ну как, ты всё ещё уверен, что хочешь узнать это заклинание?

Дилль слегка оторопел. Оказывается, заклинание-то смертельно опасное. Пожалуй, время для освоения такой магии ещё не настало. Он собрался отказаться, но поймал насмешливый взгляд мастера Ильминга, увидел любопытство на лице вампирши, и выпалил:

— Я уверен.

— Вот балбес, — хмыкнул Адельядо. — Ну, тогда слушай и запоминай.

Гроссмейстер показал Диллю жесты и произнёс слова, необходимые для слияния крови мага с огнём. Дилль, помня наставления мастера Иггера о том, что первой ступенью мастерства является беспрекословное и точное выполнение требований, честно оттарабанил текст заклинания. Гроссмейстер заставил его трижды повторить жесты и слова, после чего сказал: