— Вообще-то, мастер Гвинард — замечательный учитель, — сказал Тео, освобождаясь от оков одеяла. — Он меня, к примеру, научил летать всего за пару занятий. Когда я сказал, что уже умею создавать вертикальный воздушный щит, он пояснил, что полёт — это то же самое, только развёрнутое вдоль поверхности земли. И энергией регулируется высота полёта.

— Ого! — изумился Дилль. — То есть, ты теперь можешь через любой забор перемахнуть?

— В теории — да, — вампир поморщился. — На практике — я могу свернуть себе шею, перемахивая через любой забор. Если ты не забыл, у меня до сих пор имеется некоторая нестабильность в накоплении и распределении энергии.

— Нечего скромничать, — ухмыльнулся Дилль. — Некоторая — это мягко сказано. Помнится, ты три раза подряд не мог одно и то же заклинание воплотить. Недаром Орхам запрещал тебе магией заниматься.

— В отличие от некоторых, я не стою на месте, — важно заявил Тео. — И из пяти попыток полёта четыре мне уже удаются.

— Кто это «некоторые»? Да я, между прочим, такой огненный шар сделал… весь потолок у мастера Иггера оплавил. Мы с ним еле живы остались.

— Шар, — сплюнул Тео. — Это кто угодно может — вон хоть тот же Оквальд шарами швыряется почём зря. А вот летать дано не всем.

— Ну-ка, покажи.

— Здесь не получится, — развёл руками вампир. — Если ты не забыл, заклинания с большой энергией можно использовать только в аудиториях и только под присмотром наставников. Да и потолки здесь низкие.

— Тогда пойдём в гимнастический зал, — предложил Дилль. — Там сейчас никого нет, а высота потолков вполне приличная.

— Ты не слышал? Под присмотром наставников.

— Ой, да ладно! — отмахнулся Дилль. — Мы же не собираемся дуэль устраивать. Полетаешь слегка.

Видимо, Тео самому не терпелось похвастаться новыми способностями, потому что он первым выскочил из комнаты. Друзья дошли до пустующего гимнастического зала, Тео вышел на середину площадки для единоборств и уселся на жёлтый песок.

— Сейчас я соберу энергию…

Дилль сел на лавочку у стены, вытянув ноги. Судя по всему, полёт требовал изрядного количества собранных эргов, значит, ждать придётся долго. Чтобы не терять времени понапрасну, он принялся тренироваться передвигать песок площадки для единоборств. Это заклинание мастера Иггера требовало всего несколько эргов энергии и применять его можно было где угодно. Песчинки, послушные его воле, легко перемещались с места на место. Вот это дело — не то, что у мастера Иггера на занятиях. И никаких некромагических слов произносить не надо. Дилль принялся изобретать новые способы перемещения — теперь песчинки двигались сразу небольшой кучкой, а не текли одна за одной. Если так пойдёт и дальше, из Дилля получится отличный строительный маг.

От этого занятия его оторвал голос Тео.

— Смотри и учись у мастера, салага.

Вампир встал, закрыл глаза, развёл руки в стороны и забормотал какое-то заклятье. Дилль почувствовал, как неподвижный воздух в зале с лёгким завыванием пришёл в движение. Волосы на голове Дилля зашевелились (зелёные волосы, чтоб этот Мейс захлебнулся своими эликсирами!) от ветра, а вампир начал медленно подниматься вверх. Мантия Тео трепетала от магического ветра, глаза оставались закрытыми, голова слегка откинута назад, руки раскинуты в стороны… Дилль ухмыльнулся — с вампира можно картину писать «Вознесение святого Уиннарда», именем которого назвали в Тригороде церковь. А что, возможно именно какой-нибудь воздушный маг и послужил художнику образцом для написания здоровенной иконы, где святой Уиннард улетает в небо…

Тем временем Тео поднялся уже до самого потолка. Ещё чуть-чуть, и он ударится головой о камень.

— Тео, глаза-то открой, не то башкой потолок разобьёшь.

Вампир открыл глаза. Наверное, у него нарушилась концентрация, потому что вампира развернуло горизонтально и прижало к потолку.

— Демоны меня раздери! — прорычал он. — Опять…

Что «опять» Дилль понял сразу — заклинание вышло у Тео из-под контроля. Ох, напрасно он уговорил его полетать.

Видимо, в очередной раз проявилась присущая вампиру нестабильность, потому что тихое завывание ветра прекратилось, а Тео камнем рухнул вниз. Послышался тяжкий удар, и Тео замер сломанной куклой на жёлтом песке. Дилль бросился к другу.

— Тео, ты как?

И без того бледное лицо вампира стало совсем белым. Он попытался приподняться, но от боли прокусил губу.

— Не могу встать, — простонал он. — Рука… и грудь болит.

Левая рука Тео была неестественно изогнута. Сломана — не нужно обладать навыками врачевания, чтобы определить это. Возможно, он ещё и пару рёбер сломал.

— Так, ты лежи, не шевелись. Я сейчас позову кого-нибудь на помощь.

Дилль выбежал из зала со скоростью собаки, к хвосту которой привязали горящую тряпку. Он мчался по коридорам, но, как назло ни магистров, ни мастеров, ни даже адептов не увидел. Куда все подевались? Ага, вон из-за поворота вышли двое… О, нет, только не эта парочка!

Навстречу Диллю шли Мейс и Галл. При виде Дилля крысиное личико Галла засияло отвратительно радостной ухмылкой, зато аристократическая физиономия Мейса осталась неподражаемо бесстрастной.

— Ой, а кто это такой зелёненький? — осведомился Галл. — Не иначе в нашу Академию эльфы проникли.

— Про эльфов не знаю, зато одного гоблина перед собой вижу, — парировал Дилль. — Уши торчат в стороны, зубы кривые, а морда лица выглядит так, словно по ней телега проехала. Догадайся, Галл, кто это?