Старик страдальчески вздохнул и принялся объяснять принципы создания световых и огненных шаров. Час спустя Дилль к своему изумлению сумел создать крохотный огненный шарик, который появился перед ним, затем взвился вверх и громко взорвался, ударившись о потолок и оставив на нём видимую вмятину. На Дилля и Иггера посыпались жгучие капли расплавленного камня… точнее, посыпались они только на Дилля, а вот Иггер явно поставил какой-то щит, потому что серая бесформенная тряпка, заменявшая ему мантию, осталась невредимой. В отличие от диллевой.

— Вот об этом я тебе и говорил, — проворчал мастер. — Ты вкачал в заклинание такую уйму энергии, что вместо светового шара получил настоящий огненный. Был бы шар побольше размером — спалил бы себя к псам.

— Потому что мне нужен щит, а делать его я не умею. Вот если бы кто-то научил меня щиту от огня, я бы был более спокоен за свою жизнь, — нахально заявил Дилль.

— Слушай, юнец, ты собрался за день пройти программу двух ступеней? — возмутился мастер Иггер. — Я и так сегодня преподал тебе больше, чем могут переварить твои мозги. Всё, иди, тренируйся на песчинках.

Иггер вернул блок на амулет Дилля и указал в сторону выхода. Дилль, у которого всё занятие язык чесался спросить мастера о муарах, уже подошёл к разъехавшимся в стороны камням, но в последний момент всё же решился. Он обернулся и спросил:

— Мастер, а вы что-нибудь знаете о муарах? И о природе их способностей.

На лице старика появилось задумчивое выражение. Он так долго молчал, что Дилль усомнился — слышал ли он вопрос. Наконец мастер Иггер вздохнул и сказал:

— Они обитают в канализации Тирогиса уже больше шести сотен лет. Не советую встречаться с этой нежитью. Муары опасны для обычных людей и смертельно опасны для магов. Только не говори, что ты решил сунуться в клоаку Тирогиса.

— Вообще-то, я уже там побывал. И обнаружил, что способности муаров весьма схожи с талантом инквизитора мастера Леклера.

Мастер Иггер закатил глаза к потолку.

— Нет, ты точно тупой! Не вздумай больше лезть туда, если хочешь жить! Что до их способностей… Никто толком не изучал этих тварей, потому что все исследователи погибли в канализации Тирогиса. Единственно, что приходит мне на память, это книга некоего Лейва «Слава и позор». Там что-то было про муаров. А теперь ступай, я устал.

Старик закрыл глаза, и Дилль неслышно выскользнул в коридор.

— Разрешите войти, Ваше Величество? Позвольте пожелать вам доброго утра.

Гроссмейстер вошёл в рабочий кабинет короля и поклонился. Его Величество выглядел совсем не по-королевски: волосы взъерошены, под глазами залегли тени, а одежда измята — король явно не спал всю ночь.

— Ничего доброго в этом утре нет, Адельядо, — буркнул Юловар. — И не спрашивай меня почему.

— Видимо, это как-то связано с известием о прибытии герцога Роони, — предположил гроссмейстер.

Вчера маги дальней связи получили известие, что тилисский герцог Роони пересёк границу Ситгара и едет с внушительным кортежем в Тирогис. Разумеется, Адельядо об этом узнал. И даже раньше короля. Вот только не знал, зачем герцог так спешно покинул Тилис. Если бы у магов был доступ к соколиной почте — способу, которым общались меж собой сильные мира сего, он бы знал цель приезда тилисского герцога. Но чего нет, того нет: клан Сокола тщательно хранит свои тайны — как в Ситгаре, так и в других королевствах.

— А с чем же ещё?!! — вскричал король. — Проклятье, я всю ночь не спал!

— Думаю, ваши придворные врачеватели справились бы с обычной бессонницей, возникни такая необходимость.

— Бессонница у меня необычная, — буркнул король, пиная бархатную подушку, валявшуюся на полу. — Ну, и где эти бездельники?

Адельядо догадался, что под «бездельниками» Юловар подразумевает обычных членов малого королевского совета: архиепископа Одборгского и прокуратора Крюэля. Гроссмейстер положил свою широкополую шляпу на ажурный столик и, не дожидаясь королевского разрешения, с удобством устроился в одном из кресел. Король бросил на мага косой взгляд и продолжал бродить по кабинету до тех пор, пока в дверях не появились архиепископ и прокуратор, сопровождаемые главным церемониймейстером Луавилем.

— Ваше Величество, прибыли господа… — начал церемониймейстер, но король оборвал его:

— Перестань, Луавиль. Я разрешаю вам сесть.

Когда трое вновь прибывших расселись, Юловар, сердито сопя, сказал:

— Я созвал вас, чтобы услышать ваше мнение о сложившейся обстановке. Как вы уже, возможно, знаете, в Тирогис едет герцог Роони — правая рука короля Энмунда. Он прибывает с чрезвычайной миссией и везёт официальные документы. А неофициально: вчера вечером прибыл сокол с личным посланием от Энмунда. Мой дорогой троюродный дядя рассыпается в любезностях, желает мне благополучия и долгих лет жизни, а также уведомляет, что согласен выдать за меня замуж принцессу дома Гариалей — Лорну Арнгальскую. Разумеется, с приданным в виде двух провинций, которые присоединятся к Ситгару после свадьбы.