Игра эта известна всем, правила ясны. И будь ситуация иной, она бы уже сидела на мне верхом, принимая в себя член, но… как-то противно. Да и в деле помешает.

– Лиля, а не про тебя в газетах писали, что ты – жертва изнасилования? – вдруг «вспоминает» Артем, и придвигает к девчонке еще один шот.

Она берет, движения рваные, глаза в расфокусе. Лиля делает глоток, и хихикает на вопрос друга.

– Про меня, да. Я – знаменитость, каждая собака знает, что меня изнасиловал Ярослав Воронцов.

– Бедняжка, – шепчу ей на ухо, и вздыхаю с сожалением. – Жаль, тогда просто друзья. Если честно, я не люблю проблемы, и с травмированными девушками предпочитаю дел не иметь. Надеюсь, ты понимаешь.

Трезвая она бы не купилась, если не совсем идиотка. А Лиля, хоть и не светоч разума, но не совсем тупая. Но сейчас… сейчас она ведется, и хохочет еще громче.

– Да расслабьтесь вы, мальчики. Мало ли, что в газетах пишут. Я вам кое-что расскажу, но это будет между нами…

Артем улыбается еле заметно, а я кладу ладонь на бедро Лили, и принимаюсь слушать.

– Ты вызвала мне такси? – требовательно спрашиваю в трубку и топчусь возле общежития. – До сих пор нет машины.

– Вызвала, Ева, вызвала, – на том конце успокаивает меня Оля. – У меня показывает, что водитель подъезжает.

– А ты квартиру уже сняла? – в волнении вглядываюсь в дорогу, в проезжающие мимо авто. – Я ведь ее даже не посмотрела, ты все проверила? Ну там, электроприборы, сантехнику…

– Ева, дом классный, – в голосе Оле прорывается восторг. – Элитный. Нам просто повезло, что хозяин уезжает заграницу и сдать квартиру нужно срочно. У него там дедушка умер, – весело болтает подруга, – состояние оставил. Пока будет решать вопросы с наследством…

– Оля, – ахаю. – Ты нашла чему радоваться.

– Так он сам не расстроился, – спорит подруга. – Он нас с риелтором чуть не расцеловал от счастья.

– Ясно, – замечаю машину с рекламой такси по кузову, сворачивающую во двор и говорю в трубку. – Все, я еду.

– Я пока в магазин за вином и пиццей, – докладывает Оля и сбрасывает.

Сажусь в авто, откидываюсь на сиденье. Глазею в окно и привычно поглаживаю живот.

Пусть я опоздала на просмотр, зато сходила в больницу.

– И теперь мы знаем, что с тобой все хорошо, – говорю шепотом и глупо улыбаюсь, теперь совсем другими глазами смотрю на мамочек с колясками, представляю, что скоро и у меня будет такой вот малыш, сопеть, пока мы с ним гуляем, сладкий теплый комочек, и я буду для него самым важным человеком на свете, а он для меня.

Конец ознакомительного фрагмента.