— Да-а!

— Ты милицию вызывала?

— Телефо-ан слома-ан! — всхлипнула истерически Яна.

«Какой ужас! Еще и вещи переколбасили! Небось, сервиз из Англии угрохали!» — у Лены руки опустились. Подруги усадили её на скамейку и наперебой утешали.

— Да не украл он ничего! — закричала Яна, сообразив, что её неправильно поняли.

— Чего он тогда забыл в нашей квартире?! — заорала Лена, багровея.

— Спал…

— Идиотка! — Лена подавила жгучее желание придушить непутевую сестричку. — Я тут едва инфаркт не получила, а она мне заявляет, что какой-то пьяный хрен у нас в квартире просто спал! Признавайся, ты его сама впустила?!

— Не впускала я его! Он на балкон к нам свалился!

— Ясно, из квартиры Григория влез, пьяная скотина, а ты, идиотка, дверь балконную оставила открытой?! Так?! Показывай мне эту морду, я ему ща устрою судный день наяву! Будет знать, как по чужим квартирам лазить!

Со слезами на глазах Яна развернулась и показала на высокого брюнета, мирно стоявшего возле подъезда.

— Можно мы эту ляльку себе присвоим? — спросила Наталка, восхищенно разглядывая молодого мужчину, пока Светка заедала впечатление четвертой булкой.

После пережитого стресса Лена восторга не испытала и подозрительно присмотрелась к нагловатой физиономии «ляльки». Она обратила внимание на папину клетчатую рубашку, чёрные тапки и безразмерные спортивные штаны Жени, не сумевшие скрыть стройной фигуры.

Взяв сестру за плечо, Лена отвела её в сторонку подальше от ушей подруг и тихо сказала:

— Я не буду рассказывать родителям, что ты заказала стриптизёра и расплатилась с ним родительскими деньгами вместо репетитора. Но ты хотя бы скажи, сколько ты ему заплатила и что мне надо говорить Жене, чтобы прикрыть твою задницу?

— Ничего подобного! — громко возмутилась Яна, позабыв о слезах. — Не заказывала я никакого стриптизёра! Он, правда, свалился к нам на балкон! — и перешла на тревожный шепот: — Он — пришелец! Он сырым мясо жрёт! У него зубы как у акулы!

— Божечки, ты наркотики принимаешь? — с ужасом хлопнула себя по щекам Лена. — Немедленно покажи вены!

— Я говорю правду-у! — снова заплакала Яна. — Почему-у ты мне не ве-еришь?!

— Ты сама себя слышишь?! Ты утверждаешь, что человек ест сырое мясо и что у него зубы как у акулы. Я могу еще поверить, что он перелез к нам на балкон из соседней квартиры и что он не стриптизёр, но сырое мясо…

— Что ты на это скажешь?

Лена повернулась в указанную ей сторону и широко открыла рот. Пока сестры разговаривали, незнакомец насобирал виноградных улиток и ел их вместе с панцирем, словно попкорн.

— Из какого дурдома он сбежал? — поинтересовалась шепотом Лена, брезгливо скривившись.

— Это ты еще не видела, как он свернул башку голубю и съел его вместе с перьями и клювом! — добавила Яна, вытирая слёзы.

— Где он голубя-то нашел?

— Поймал на балконе.

— Чего ты милицию не вызвала?!

— Я же говорила, что телефон сломан!

— От соседей бы позвонила! Учить тебя всему надо!

Лена потащила сестру обратно к дому, постоянно оборачиваясь на следовавшего за ними пришельца. Он с нагловатой улыбкой подозрительно часто смотрел на маленькую попу Яны, а Ленины пышные формы игнорировал.

«Не к добру-у!» — пришла к неутешительному выводу старшая сестра.

У входа в подъезд, Лена забрала сумки у подруг и попросила их задержать незнакомца на улице. Наталка и Светка только и ждали звездного часа, чтобы «охмурить ляльку».

Лена успокоилась, оказавшись дома и заперев дверь на ключ. Она, конечно, не против, чтобы у младшей сестры появился парень, да только ей хотелось, чтобы он с головушкой немножко дружил.

На кухне ждал сюрприз…

Лена встретилась с недовольным взглядом «ляльки». С улицы доносились крики людей, требовавших вызвать спасательную службу и снять самоубийцу с водоотлива.

— Балкон закрыт? — деловито поинтересовалась Лена, не намереваясь сдаваться без боя.

— Чего?

— Балкон, спрашиваю, закрыт?

— Не знаю… не помню…

Лена пулей рванула к балкону. Она почти заперла дверь, когда появилась рука с острыми белыми ногтями и не позволила ей до конца защелкнуть замок. И попытки прижать нахальную кисть дверью не увенчались успехом.

Чужак с явной издевкой произнес очень заковыристую и певучую фразу.

— Это ты меня что ли, дурой обозвал?! — зло нахмурилась Лена. — Убирайся из нашего дома, псих! — она накинулась на него с кулаками.

Он терпел избиения ровно минуту, затем поднял драчунью за талию и поставил в угол как шкодливого ребёнка. Избавившись от препятствия, пришелец нагло прошел в соседнюю комнату.