Сестра любила библиотеку и часто пряталась в ней. Принцесса читала в огромных количествах, поглощая и впитывая знания, как губка.

За счет постоянной практики и более спокойному характеру, Лимра лучше Амрона владела магическим даром, хотя в силе ему сильно уступала. Вокруг себя она расставила немало ловушек, поэтому на появление младшего брата никак не отреагировала. Её магия могла обездвижить не только Акраса, но и Амрона. Однако к атаке на разум принцесса оказалась не готова.

— Встань и иди ко мне, — приказал Акрас сестре.

С побелевшими от воздействия магии глазами принцесса поднялась и встала напротив брата.

Пару секунд Акрас полюбовался произведенным эффектом. Он мог щелкнуть её по лбу, она бы и не вспомнила. Но подавив озорное искушение, принц вложил в ладонь Лимры кольцо. Металл подобно изголодавшемуся зверю впился в её плоть. Деликатно коснувшись пальцами висков девочки, Акрас передавал ей воспоминания, делая их воспоминаниями сестры.

Убедившись, что работа завершена, Акрас отошел от Лимры и сделал вид, что ищет книгу, а сам тайком наблюдал за поведением сестры.

Она долго моргала, пока не посмотрела на свою ладонь и не перевела взгляд в сторону Акраса. Не заметил ли он её находки? Она медленно отступала к лестнице, едва не срываясь на бег. Наверху девочка не выдержала, ускорилась и взлетела.

Акрас ухмыльнулся. Пока его повторного вмешательства не требовалось.

Криками, руганью и проклятиями наполнился королевский замок. Насекомые и те жужжали приятнее, чем возмущенные голоса слуг и придворных.

Амрон зажмурился и уткнулся носом в колени. Сбежать бы в лес навсегда и никогда не возвращаться во дворец. Наедине с природой он ощущал себя свободным и лёгким как перышко.

От запретных мыслей воспламенились магические знаки на полу, готовые остановить любую попытку бунтаря к бегству. Безумно расхохоталась игрушка у стены.

Наследник? Нет, пленник.

До того как пробудился магический дар, близняшки никогда не покидали королевского дворца. Сотни нянек следили за каждым их шагом и не давали детям свободно вздохнуть. Ни слезы, ни уговоры никогда не помогали. Никто не слушал, никто не слышал и никто не понимал, пока не появился… страх.

— Ваше высочество? — в спальне показался нелепый новенький. — Я могу войти?

— Отец прислал? — рыкнул Амрон, не поднимая головы и слушая, как шлепали ботинки по мокрому полу.

— Эм… он сказал, что это, — новенький махнул расчёской, — вас успокаивает.

Знал ли он, что держал в руках могущественный артефакт, стягивающий излишки магии? Вряд ли. У человека и дара-то не было. Не видел, не понимал и не осознавал опасности.

Амрон скосил взгляд на слугу. Этот еще и странный.

— Приступай.

Осторожные и неловкие прикосновения расчески действительно успокаивали.

— Как тебя зовут? — спросил Амрон, поворачивая голову.

— Юлиан, ваше высочество.

— Юлианвашевысочество — интересное имя, — передразнил принц. — Ни о чем не хочешь спросить?

— А вы хотите что-то рассказать мне?

Амрон насмешливо хмыкнул. В человеке ощущалось нечто родственное.

— После церемонии ты не передумал? Не хочешь уехать домой?

Руки Юлиана на мгновение замерли. Он быстро справился с собой и продолжил водить расческой по белоснежным волосам.

— Дальше будет хуже, — добавил Амрон.

— Знаете… у меня есть мечта. Стать космическим инженером, отправиться в космос и увидеть звезды. Именно поэтому я стою здесь и расчесываю ваши волшебные волосы, хотя понимаю, что в любой момент вы можете меня с лёгкостью убить ими. Страшно ли мне? Еще как! Но моя мечта заставляет мой страх отступить.

— У тебя руки дрожат, — усмехнулся принц.

— А… у вас есть мечта? — ушел от щекотливой темы человек.

Чёрная бровь Амрона изогнулась. О таком принца никогда не спрашивали. Обычно ему говорили о том, что он должен и обязан.

— Хочу, чтобы меня оставили в покое.

— Разве это мечта? — выдал нервный смешок Юлиан. — Когда есть мечта на душе теплее и из сердца уходит зло. Моя мечта меня греет. Греет ли вас ваша мечта? Станете ли вы счастливее, если вас оставят в покое?

— Да, я стану счастливее, если из дворца исчезнут все чужаки, а вечно во все лезущий совет магов передохнет всем составом.

Юлиан смешно крякнул. Амрон заметил, как человек скосил взгляд на пригвожденные к стене игрушки, особенно надолго остановившись на кукле с раскроенной головой…