– Я хочу, просто… – Джоэл замолк, не зная, как облечь свои чувства в слова. – Мелоди, это прозвучит глупо, но я боюсь. Я давно смирился с мыслью, что упустил возможность стать рифматистом, понимаешь? А что, если викарий согласится провести обряд еще раз, а я окажусь обыкновенным человеком? Это выбьет почву у меня из-под ног!

До сего дня Джоэл занимался рифматикой, изучал разнообразные схемы и защиты. Он чувствовал себя уверенно и спокойно – шел по стопам отца. Джоэл не был неудачником, никто его не отвергал, он просто жил мыслью, что упустил свою возможность из-за трагически сложившихся обстоятельств. Ну а теперь…

«Что, если этим поступком я разрушу надежды отца, так мечтавшего о сыне-рифматисте? – размышлял Джоэл. – Разве можно меня винить в том, что обстоятельства помешали мне пройти обряд?»

– Ты прав, это глупо, – сказала Мелоди.

– Нет, я пройду обряд, – отозвался Джоэл. – Мне просто… стало дурно.

Логики в его рассуждениях было мало, и Джоэл сам это прекрасно сознавал. Никто и никогда не осудит его за то, что он так и не стал рифматистом. Однако зачастую чувствам наплевать на логику. Джоэл радостно жил с мыслью, что мог бы стать рифматистом, не желая выяснять наверняка.

Настойчивые просьбы Мелоди пройти обряд инициации еще раз пробудили его старые страхи.

Между тем преподобный Стюарт закончил проповедь, и Джоэл склонил голову, чтобы произнести молитву. Он был так занят своими мыслями, что едва ли слышал, о чем говорил священник, но к моменту, когда в стенах собора прозвучало «аминь», окончательно решился действовать. Если шанс стать рифматистом и в самом деле существует, он непременно им воспользуется. Хватит упущенных возможностей!

Джоэл стряхнул нервное оцепенение и встал.

– Джоэл? – встрепенулась мать.

– Мам, я на секундочку! Хочу кое-что спросить у священника, – сказал Джоэл и устремился к преподобному.

Мелоди сорвалась следом.

– Я сам спрошу, – сказал ей Джоэл. – Тебе вовсе не обязательно идти со мной.

– Вот и отлично, – отозвалась Мелоди, не сбавляя шага.

Сегодня вместо привычной рифматической формы она надела очаровательное, едва прикрывавшее коленки белое платье.

«Сосредоточься!» – приказал себе Джоэл.

– Не думаю, что это сработает… – заметил он.

– Не будь таким пессимистом! – воскликнула Мелоди, и в ее глазах вспыхнул озорной огонек. – У меня есть парочка идей, как все устроить в лучшем виде!

«Только не это…» – подумал Джоэл.

Спустя несколько мгновений они уже стояли в апсиде перед алтарем и преподобным Стюартом. Он взглянул на них, поправил очки – на голове покачнулась митра. Как и все облачение викария, она была желтая; ее украшал крест, очерченный девятиточечным кругом.

– Слушаю вас, дети мои, – приветствовал преподобный Стюарт, подаваясь вперед.

Джоэл вдруг осознал, как сильно за эти годы постарел викарий – белая борода его теперь ниспадала почти до пояса.

– Я… – Джоэл замялся. – Преподобный, вы помните мой обряд инициации?

– Хм, дай-ка подумать, – отозвался старик. – Подскажи, сколько тебе уже лет, Джоэл?

– Шестнадцать, – ответил тот. – Дело в том, что во время церемонии посвящения в рифматисты я не проходил обряд инициации и…

– Ах да! Теперь припоминаю, сынок. С твоим отцом произошел несчастный случай. Я ведь сам и проводил твой обряд инициации.

– Верно, преподобный… – отозвался Джоэл, которому не хотелось вот так сразу обвинять пожилого священника в том, что тот когда-то поступил неправильно.

С обеих сторон к алтарю уже выстраивалась очередь. После проповеди всегда находились прихожане, желавшие поговорить со святым отцом. На алтаре в канделябрах горели свечи, их пламя трепетало каждый раз, когда открывались парадные двери собора и тянуло сквозняком. Под высоченными сводами гуляло гулкое эхо шагов. Позади алтаря, в дальней части собора, располагалась палата инициации – сквозная, выложенная из камня комнатка рифматических таинств.

Мелоди пихнула друга локтем в бок.

– Преподобный, – сказал Джоэл. – Не хочу показаться неблагодарным, но я желал бы обсудить мою церемонию посвящения. Я ведь так и не побывал в палатах инициации.

– Помню, помню, дитя, – отозвался викарий. – Понимаю твое беспокойство, однако смею заверить, что за спасение души тебе переживать не стоит. В мире полно мест, где монархическая церковь не так влиятельна, чтобы иметь кафедральный собор с палатами инициации, но люди там живут, и живут ничуть не хуже нашего.