В участке договорились, что управляющего разместят в отдельной камере, а уж утром мы его заберем. Никуда он не денется. Раз уж в телеге десять дней протрясся и не помер, то и ночь в тепле и без тряски тем более протянет. Ну а там и медпомощь нужную окажем и допросим со всем тщанием.

Разобравшись с этим делом, оставив напоследок у камеры управляющего для охраны местного городового, мы разошлись по домам. Я первым делом отправился узнать, как там Анука с Артемом. Все ли у них в порядке и не пытались ли кто к нам пробраться в наше отсутствие. К счастью, тут никаких сюрпризов не оказалось. Лишь отметил мельком, что отношения между двумя молодыми людьми активно развиваются и, судя по их поведению, и взглядам друг на друга, не удивлюсь, если они уже делят постель.

Ну а потом все же пошел в кабак, встретив там уже успевшего выхлебать литр пива Роба.

— За успешно выполненное дело, — таким тостом встретил меня ирландец.

— До конца оно еще не завершено, — заметил я, но в ответ все же чокнулся пол литровой кружкой.

— Да я про штурм и освобождение тех людей, — махнул рукой ирландец, масляными глазами провожая аппетитную попку официантки.

— За это можно и до дна, — согласился я с ним, опрокинув кружку в себя.

Надолго засиживаться не стали. Просмотрев до конца «культурную программу» в виде певичек и танцовщиц, расплатились и отправились домой.

Утром в полицейский участок я шел с легким похмельем и желанием поскорее разобраться с этим чертовым делом. Было чувство, что мы как никогда близко к цели. Стоит расколоть управляющего, и тогда мы получим информацию на тех, кто стоит не только за незаконной добычей золота, но и убийством моих предшественников. Точнее, исполнителей того дела я уже знаю. Когда мы в пути подробнее допросили помощников управляющего, те подтвердили, что к ним обращались люди, чтобы выделить пару охранников для одного щекотливого дела. А когда те охранники не вернулись, и управляющий затребовал их назад, от него откупились, приказав забыть об этом. Но пара слухов там, пара здесь — и сложить картинку у управляющего о настоящей цели заказчика и куда подевались охранники, не составило труда. Однако кто именно нанимал тех охранников на дело, помощник не знал.

Пришел я не первым. В участке уже находился крайне хмурый и злой Юрий Константинович. Недалеко о чем-то говорил с бледным дежурным офицером Святогор Николаевич.

— Что-то случилось? — спросил я Юрия Константиновича, когда мы поздоровались.

— Случилось, — кивнул он. — Доставленный вами полутруп теперь мертв окончательно. И есть подозрение, что ему кто-то ночью помог в этом деле.

— Не понял, — это первые слова, которые вырвались из меня после слов Юрия Константиновича.

— Что вы не поняли, Григорий Мстиславович? — раздраженно поджал губы контрразведчик.

— Что значит: пленнику помогли умереть? Он же в полицейском участке! К нему городового приставили, чтобы лично следил! Неужели в этом городе полиция настолько прогнила, что полагаться на нее даже нам нельзя?

— Не порите чушь, — поморщился мужчина. — В полиции, конечно, есть отдельные личности… кхм… с недостатками, которые порочат честь их мундира. Но не все. И в этот участок задержанного вами управляющего поместили не случайно. Каждого из служащих здесь полицейского мы проверили на связи с криминалом и иностранными общинами давно и не один раз.

— Тогда почему вы уверены, что пленнику «помогли»? Может все-таки сам помер? — озадачился я.

— Потому что вчера, после того как его поместили под стражу, к нему все же вызвали медика. И он констатировал хоть и тяжелое, но стабильное состояние задержанного, и дал гарантию, что до утра тот доживет. А сейчас тот же медик обнаружил следы удушения на шее пациента. Вот так. И первый, и повторный осмотр задержанного проводились в нашем присутствии. Сам медик убить его не мог, — ответил Юрий Константинович на еще не заданный мной вопрос.

— Кто же тогда?

— Вот и пытаемся разобраться, — выдохнул контрразведчик.

Мы замолчали и как-то одновременно посмотрели в сторону Святогора Николаевича, все еще допрашивающего, по-другому и не скажешь, дежурного офицера. Наконец через десять минут он закончил и подошел к нам.

— Ну что там? — первым спросил я его о результатах опроса дежурного.

— Да странно как-то, — протянул мужчина. — Никого постороннего по заверениям штабс-капитана не было. Только дежурная смена. Приводили среди ночи двух задержанных дебоширов, но тех посадили в другое крыло здания и к камере нашего пленника они не подходили.

— Совсем никого постороннего не было? — нахмурился Юрия Константинович. — Ты же понимаешь, что это тогда значит?

— Понимаю, — буркнул Святогор Николаевич.

Еще бы не понимать. Это значит, что не всех они проверили или проверили плохо.

— Дай, я еще с ним поговорю, — сказал я контрразведчику и двинулся к офицеру.

Тот только отходить от разговора со Святогором Николаевичем стал. Вон, водички попить взял, а тут я. Мужик чуть не подавился той водой.

— У меня есть к вам пара вопросов, — заявил я ему, тут же активируя считывание его эмоций.