Детка.

Это банальное выражение привязанности, от которого у меня раньше мурашки побежали бы по коже, а зубы заскрежетали бы друг о друга, но мне нравилось, когда Соррелл называла меня так. Это первый раз, когда она назвала меня деткой после несчастного случая, и звук этого слова на ее губах вызывает комок у меня в горле.

— Прости. Это было… это было глупо, да? — Тревога затуманивает ее глаза. — Не знаю, почему я это сказала. Это просто… вырвалось

— Нет. Это не было глупо. Это… ты так всегда меня называла, — медленно говорю я ей. — Раньше.

Я не могу сказать, радует ли ее это или выводит из себя. Соррелл просто кивает, беря меня за руку.

— Тогда ладно. Пойдем, детка. Я чертовски проголодалась.

СОРРЕЛЛ

На улице очень холодно. Над головой море звезд вздымается над нами в бархатно-черном пространстве, далекие точечки света, которые я замечаю впервые с тех пор, как прибыла в «Туссен». Ночь близка и плотна, как саван. Она давит со всех сторон, цепляясь за нас, пока мы спускаемся к парковке.

Да, именно так.

Здесь есть чертова парковка. Она почти в полумиле от академии, расположена на другой стороне холма за школьным спортзалом. С введением карантина и отменой пропусков на выходные никому из учеников «Туссена» не разрешалось туда ходить. Это чудо, что никто никогда не упоминал о ней вскользь, но… с другой стороны, зачем им это делать? Честно говоря, я чувствую себя глупо, когда впервые вижу ее.

Вниз по травянистому склону, ведущему от холма, небольшая стоянка сейчас наполовину пуста, поскольку половина выпускного класса либо в Сиэтле, либо в Самнере, хотя на многочисленных пронумерованных местах все еще стоит много машин. Если бы я знала об этом, то, вероятно, угнала бы машину, чтобы сбежать несколько недель назад. Я бы смогла запустить двигатель одной из старых моделей и сбежала, как только смогла. Только я, наверное, не смогла бы завести машину без ключа. Я просто подумала, что смогу.

Тео молчит, пока везет нас в город. Тем не менее, тишина приятная, и я наслаждаюсь ею, пока мы пробираемся сквозь темноту, петляя к неизвестному месту назначения, которое Тео захотел сохранить в секрете. Часть меня разочарована, когда мы плывем прямо по освещенной главной улице, направляясь к самой окраине Самнера.

Заезжая на парковку крошечного ресторанчика, я ухмыляюсь, когда вижу название заведения: «Голден Палас».

— Китайская еда? Моя любимая!

Паркуя машину, сосредоточившись на зеркале заднего вида, Тео бросает на меня робкий косой взгляд, и осознание поражает меня, как удар молнии.

— Ух. Ты уже знал это, не так ли? — выдыхаю я.

— Возможно, — признается он. — Место может показаться немного убогим, но еда здесь потрясающая.

— Мы были здесь раньше? — Это кажется глупым вопросом. Судя по всему, Самнер не очень большой город, и здесь не может быть много ресторанов. Должно быть, мы ели здесь до несчастного случая. Но по какой-то причине я хочу это знать. Для уверенности.

— Да, — подтверждает Тео.

— И мне понравилось?

Тео глушит двигатель машины и дьявольски ухмыляется.

— Почему бы нам не пойти и не выяснить?

Я не могу дождаться. Тео выпрыгивает из машины и обегает ее, спеша открыть мне дверь. Эта его джентльменская сторона очень далека от того парня, которого я впервые встретила в «Туссене». Он ухмыляется мне, более красивый, чем когда-либо, но выражение его лица резко меняется, когда я вылезаю из «Мустанга». Боль мелькает на его лице. Я поворачиваясь к нему. Парень встряхивает рукой, морщась.

— Боже мой, с тобой все в порядке?

— Да, иногда такое случается. Просто спазмы. Повреждение нервов провоцируется холодом.

— У тебя повреждены нервы?

— Ох. Да, вроде того. Я могу делать большинство вещей, и это меня не беспокоит, но игре сильно вредит. Пластырь немного помогает, кончики пальцев горят немного меньше. Выглядит безумно, но… вау. Ты как? С тобой все в порядке?

— Ты больше не сможешь быть концертным виолончелистом. — Лани сказала мне это в тот день на траве, когда я спросила ее о том, почему Тео всегда один. Я помню, что была очень расстроена и чувствовала себя неловко из-за ее комментария. Теперь я понимаю почему.

Тео выглядит немного смущенным.

— Нет, не смогу.

— Из-за меня.

Парень обнимает меня за плечи, притягивая к себе. Захлопнув дверь со стороны пассажира, он целует меня в макушку.

— Это был несчастный случай, малышка. Несчастные случаи происходят с людьми по всему миру постоянно. Ты разбила машину не потому, что была пьяна, или устала, или… — пожимает плечами Тео. — Это не твоя вина. Я разбил то окно, потому что мне нужно было вытащить тебя из всего этого искореженного металла. Я бы сделал это снова, и снова, и снова…