— Ну, смотрите-ка, кто это! Если это не сам принц Туссенский, соблаговоливший посетить трущобы с простолюдинами.

Я закатываю глаза.

— Заткнись, Себ. Почему бы тебе не слезть с трибуны и не сходить за пивом?

Между нами не будет глубокого и значимого примирения. Этого никогда не было. Он делает что-то, что выводит меня из себя. Я выбиваю из него дерьмо. Мы не разговариваем пару дней. Я дразню его и заставляю купить мне пива. Конец. Последние несколько лет наша дружба была в лучшем случае слабой. Я все еще многим ему обязан. Себ согласился остаться здесь и помочь разобраться с этой ситуацией, хотя еще больше возненавидел Соррелл за это. Он сделал это для меня. В основном.

Но потребуется холодный день в аду, прежде чем я прощу его за инцидент с банкой колы, и Себ это знает. Я сомневаюсь, что это когда-нибудь произойдет. Но если сохранение мира сегодня вечером означает, что Соррелл может расслабиться и наслаждаться какое-то время, тогда я стисну зубы и сделаю так, чтобы это произошло.

Себ смотрит на меня, его взгляд скользит влево, где стоит Соррелл, вызывающе глядя на него. Он хрипло смеется, спрыгивая со стула.

— Ваше желание для меня закон, Ваше Высочество, — он изображает театральный притворный поклон, а затем устремляется к бару, оставляя аудиторию в недоумении.

Из толпы появляется Ноэлани с бутылкой «Бад Лайт» в руке. Она раскачивается слишком сильно, на мой взгляд, когда обнимает меня за шею, притягивая в объятия.

— Старший брат! Ты здесь! И привел Соррелл! Привет, девочка, — Лани отпускает меня и обнимает Соррелл, озорно улыбаясь. — Я знала, что он приведет тебя, — заговорщически говорит она ей. — Мой брат — очень простое существо. Нужно просто посеять несколько семян сомнения в его сознании и дать ему немного времени. В конце концов его совесть берет верх.

— Ты пьяна, — говорю я ей.

— О-о-о, большой плохой Тео Мерчант злится, что его сестра хорошо проводит время и пьет пиво? — она пытается ущипнуть меня за щеку, но я отталкиваю ее руку.

— Нет. Я злюсь, что ты пьешь дерьмовое пиво. Ты могла бы, по крайней мере, развить в себе хоть какой-то вкус.

— А-а-а, отвали, приятель. Эй, Соррелл, хочешь поиграть в бильярд? Если я закрою один глаз и сделаю так, — бормочет Лани, высовывая язык, — думаю, что смогу попасть по шарам.

Соррелл смеется, пожимая плечами, когда Лани тащит ее к свободному столу. Несмотря на то что она ушла от меня, я стараюсь держать ее в поле своего зрения, очень хорошо осведомленный о том, что происходит вокруг нее. Сегодня она выглядит чертовски феноменально. Впрочем, как всегда. Но я не слепой. Я вижу, как тот парень в бейсболке все еще пялится на нее, и мне это совсем не нравится. В тот момент, когда покажется, что он направляется в ее сторону, я отправлюсь туда и вырву слюнявый язык этого ублюдка прямо из его чертовой головы.

— Ух ты, парень. Успокойся. Я чувствую, как ярость исходит от тебя с другой стороны бара, — Себастьян протягивает мне пиво. — Вот. Я купил и для твоей девушки, но не настолько глуп, чтобы попытаться отдать его ей. Подумал, что ты сломаешь мне три пальца или что-то в этом роде.

— Четыре, — рявкаю я, делая глоток из другого пива, которое он протягивает мне — того, что предназначалось для Соррелл.

— Да, ладно, чувак, — упрекает Себ. — Ты мне не доверяешь? Действительно думаешь, что я был бы настолько глуп, чтобы подсыпать ей что-то в выпивку?

— Есть много вещей, которые я не думал, что ты будешь настолько глуп, чтобы сделать, но я ошибался.

— Полагаю, это справедливо, — на мгновение замолкает Себ. — Послушай, мужик. Я знаю, что это не имеет большого значения, но я действительно сожалею о том, что произошло на днях.

— Используй больше слов, — приказываю я.

У него хватает наглости выглядеть расстроенным.

— Ладно. Отлично. Мне очень жаль, что я швырнул банку колы в твою подружку.

Сделав еще один глоток, я прищуриваюсь, глядя на него.

— Еще.

— Черт. Ты такой засранец. Отлично. На твою девушку, у которой уже серьезная травма головы, и которая не виновата в моем дерьмовом характере.

— Лучше, — сую ему вторую банку пива обратно, кивнув в сторону Соррелл. — А теперь иди, отдай ей пиво и повтори то, что ты только что сказал мне, только с гораздо большей искренностью и здоровой дозой раскаяния.

— Серьезно?

— Серьезно.

СОРРЕЛЛ

Я почти допиваю пиво к тому времени, как Себ перестает извиняться. Я не чувствую себя суперпрощающей, но теперь, вооружившись знанием того, что он остался здесь, чтобы помочь мне, думаю, что я немного более снисходительна, чем обычно.

— Я не говорю, что то, что ты сделал, было хорошо, но я понимаю. Немного. Если бы мы могли избежать любых снарядов, нацеленных мне в голову в будущем, это было бы здорово.

— Понял. Громко и четко, — с энтузиазмом кивает Себ. Я думаю, он на грани алкогольного опьянения. — Я буду держать всю газировку и другие напитки при себе в будущем, да. Кроме этого пива. Это пиво твое, Принцесса. Наслаждайся!