— Ну, а Тёрнер что? — я качнул головой, перебивая поток размышлений. — И это не отрицал?

— Говорил что-то, что там, якобы, про Флетчер разговор был, что-то такое… — чуть отстранившись, она нахмурилась и пристально посмотрела мне в глаза. — Но что это меняет? Оправдания, оправдания, сплошные только оправдания… При чём там могла быть Линда, когда речь про отношения шла… А с ней уж, вроде как, ни Джейкоб, ни сам… сам… Тёрнер, дел не имеют!

Я же обхватил её лицо обеими ладонями и провёл под глазами большими пальцами, пытаясь хоть немного вытереть растёкшуюся тушь. Сара, кажется, замерла, перестав дышать вовсе.

— Что ты делаешь? — она обхватила моё запястье пальцами, но не оттолкнула.

— Такая красивая, а так горько плачешь… Косметика вся размазалась… Зачем так убиваешься? Он того разве стоит? — тихо произнёс я, пристально рассматривая пухлые губы.

Чёрт, как же О’Нилл была красива даже в таком состоянии…

— Стоит, — прошептала Сара, отводя взгляд. — Я люблю его. Так сильно люблю, но всё это… Боже, да за что?..

Почувствовав практически физическую боль от невыносимого желания поцеловать её прямо сейчас, отстранился и отвёл взгляд.

Невыносимо.

Невыносимо.

Не…

— Сара, — вырвалось непроизвольно. — Чёрт, будешь так убиваться, я тоже не выдержу…

— А? — О’Нилл, кажется, замерла, а я тут же прикусил язык.

— Взорвусь к чёрту! Не позволю какому-то там бабнику тебя обижать! Ты — моя… Моя подруга, в конце концов! — нахмурившись, выпалил я. — И мне не нравится, что ты плачешь! Ну правда, сердце разрываешь…

— Дерек… — она слегка улыбнулась. — Ты милый.

— Тоже мне, — отмахиваясь. — Ну хочешь, я набью ему за тебя морду? Будет знать, что за тебя есть, кому постоять, да и что вообще… Как можно было… Я не понимаю.

— Я пока тоже мало, что понимаю, — выдохнув, Сара улеглась рядом и устроила голову у меня на ногах, как тогда, в день Колумба на вечеринке, организованной родителями Харлотри.

Опять тянулась, когда плохо было. А плохо было из-за него.

— Что делать думаешь? — я прикоснулся к её волосам и мысленно даже усмехнулся. Чувство дежавю поглотило, и я, уже совсем осмелев, провёл рукой по мягким локонам, задевая и шею.

А так хотелось отпустить к чёрту мысли, забить нахер на приличия, направить ладонь к горлу, а затем и к зоне декольте, до невозможного соблазнительной и манкой.

— Не знаю, — О’Нилл обхватила подушечками пальцев какую-то подвеску, висящую на цепочке и обычно спрятанную под одеждой, а затем притянула её к губам. — Не знаю… Я вроде и верить хочу! То есть, что голова, что сердце, что душа, мне не кажется, что он был не искренен. Может и лгал в чём-то, про Драконов например! Даже скорее не договаривал… Но это не касалось нас, не про наши отношения! Даже близко не верю услышанному на чёртовой записи, понимаешь? Но и не исключаю, что это просто самообман и то, во что как раз таки верить просто хочется. Сколько угодно можно вспоминать его ко мне отношение, наше личное, что наедине… Но что, если это всё делалось ради того, чтобы запудрить мне голову?

— Сложно сказать… Гадать можно бесконечно. Подождать надо немного, посмотреть, к чему приведёт. Как он вести себя будет, — вздохнул я. — Сделает ли что-то…

— Но и заходить так далеко стал бы он, разве?.. Господи, я не знаю! У него была тысяча и одна возможность… — Сара подскочила с места и подошла к окну, устремив взгляд вдаль. — И столько серьёзных шагов было. Тоже ложь? Я пытаюсь смотреть на вещи трезво…

— Какие серьёзные шаги, например? — я чуть отодвинулся и, уперев локти в колени, уронил подбородок на скрещенные ладони.

— Есть… — она замолчала, о чём-то размышляя. — Я не думаю, что в этом всём на самом деле был бы тогда смысл. Я не знаю, что думать, если быть точнее! Вот вроде и с одной стороны, меня этим привязать сильнее смог, так, что я себя сейчас без него уже не представляю, но для чего? Если я была, как сказал, увлечением, легкодоступным… — всхлипывая. — Зачем было тогда всё раньше… Сентябрь… Половина октября…

— О чём ты?

— Да так… Не важно, — О’Нилл горько усмехнулась. — Кое-что очень сильно личное.

— Как знаешь, может, я бы что и сказал конкретнее, было бы у меня больше информации, — немного подумав, я рухнул на постель, закинув руки за голову.

— Мне неудобно об этом говорить, но… Мы очень долго не переступали черту. По его инициативе, — почти шёпотом произнесла она.

Я же в удивлении уставился на Сару. Серьёзно?

«Берёг девочку» — даже в мыслях звучало абсурдно!

— Ещё и… Нет, господи, я обещала никому не рассказывать! И даже не в обещании… Не готова этим делиться, даже если и это тоже была ложь.