— Но О’Нилл с Тёрнером, — вставил свои пять центов Джейкоб. — И Майкл сделал ей предложение.

Чего? Эти два придурка меня разводить вздумали?

Предложение. Тёрнер. Саре.

Сколько она там в Сентфоре? Чуть меньше двух месяцев?

Это не говоря уже обо всём остальном. О том, что Майкл и серьёзные отношения — это, блядь, сочетание несочетаемого! Предложение! Ищите дебила!

— Не видел кольца на пальце Сары, — прочистив горло, таки выдал я.

Ну, чем ещё будешь апеллировать, Майкл Тёрнер?

— Оно висит у неё на цепочке. Можешь проверить, — он стряхнул с куртки невидимые пылинки, явно пытаясь избавиться от некого чувства раздражения.

Долбануло куда-то по затылку, и я вроде бы даже пошатнулся. Или нет?

Та самая подвеска, которую так отчаянно теребила Сара два дня назад, то и дело притягивая её к губам. Не медальон, не какое-то там украшение… Кольцо? Серьёзно?

Это вообще возможно?

Я выдернул сигареты из кармана и подкурил дрожащими руками.

Бред… Какой же бред!

— Она и знать тебя сейчас не хочет, так что на твоём месте я бы не был настолько уверен, что кольцо всё ещё там… — сам не зная, почему, я выпалил это. Куда бы ему деться… Вон, из рук не выпускает. — Ты не заслуживаешь и ноготка О’Нилл. Ты можешь вмешать её чёрт пойми куда, — я горько рассмеялся. Проклятый Майкл Тёрнер! Провалиться тебе на этом месте! А потом вспомнились её слёзы, и я сдался… — Но Сара… И если ты говоришь правду про предложение, — запинаясь посреди фразы. — А всё то, что в диктофоне, не имеет к ней никакого отношения…

— Линда одолела до блевоты! Несмотря на то, что с Роуз у меня всё хорошо, тьфу-тьфу-тьфу, — влез Харлотри, картинно постучав по башке три раза. — Флетчер то и дело норовит зажать меня в тёмном углу школы, чтобы всё нахрен испортить. И я уже не мог придумать, как можно красноречивее обозначить территорию моей с Розалиндой личной жизни. Мы и обсуждали-то это после тренировки, когда не было ни одной живой души в раздевалке, кроме нас с Тёрнером!

— Она, конечно, сильно страдает. Выглядит примерно как вышеупомянутая Бейтс после недельки разрыва с тобой, — кивнув Джейкобу. Всё же я не смог сдержаться от колкости. — Но помогать тебе, Майкл…

— Ты же любишь О’Нилл. Нравится, что девушка доводит себя до нервного истощения? Не о себе, о ней подумай, — назидательно протянул Харлотри.

— Это меня и сдерживало с самого начала нашей милой беседы от того, чтобы не выслать вас обоих нахер первым же рейсом, — я сплюнул.

Какого чёрта сюсюкался вообще?

Ответ пришёл в голову внезапно и обезоружил.

Ради Сары.

И мне самому было, чёрт, важно узнать правду. Ведь если бы я почувствовал подвох и фальш, со спокойной душой и чистой совестью мог бы пытаться донести до О’Нилл истину, что Тёрнеру верить не надо. Что лучше с ним разойтись и забыть обо всём этом как о страшном сне.

— Никсон, помоги, а? — снова взмолился он уже совсем тихо. Так искренне, что меня даже пробило.

— Ради Сары, — вторил я своим мыслям.

А потом замолчал, ещё на раз переваривая всё услышанное и увиденное. Анализируя. Пытаясь понять, где всё-таки таилась правда.

Ну конечно, если сложить всё рядышком, не картина, а мечта складывается. Главный красавчик, самый популярный парень школы, классический бэд-бой и мечта всех девчонок, капитан футбольной команды, байкер, какие ещё там у него достижения? , влюбляется в новенькую и похеривает свою блядскую репутацию, клубком ложится у её ног, ещё и предложение делает меньше, чем через два месяца от момента знакомства. Сара что-то там говорила ещё и про черту, за которую он не переступал, хотя столько возможностей было… Ещё и берёг её.

Вот вроде и сейчас он не врал же… Да и будь, что будет! О’Нилл ведь что там сказала? В любом случае простит… И вряд ли передумать могла.

— Прямым текстом не скажу, у вас и так две головы вместо одной. Хотя, с какой стороны посмотреть… — вздохнул я.

«Дерек Никсон! Тебе больше всех надо?!» — пронеслось в мыслях. — «Ты помогаешь тому, кто занял все мысли девушки, которую ты, чёрт возьми, любишь!»

Но, заглушая истерику в голове, продолжил:

— Сопоставьте время дополнительных занятий в школе с тренировкой, а ещё подумайте, кто может иметь к вашей команде отношение, — хмыкая. — Думайте. И бывайте. Меня Кэнди ждёт, — и тут же, развернувшись на пятках, поспешил свалить прочь, пока чего-нибудь не натворил.

В спину мне долетело Тёрнеровское «Спасибо», а я показал фак. И ему и Харлотри.

Жаль, что только мысленно.

А вот встречу с называвшим себя Фавном я предпочёл не вспоминать, да и подсознание, кажется, её и стёрло из памяти вовсе.

Бредя по заснеженной улице, разглядывал дома, чувствуя себя так мерзко, что казалось, что не смогу справиться.

Эти воспоминания… На что я надеялся сегодня? На что надеялся абсолютно каждый день на протяжении двух месяцев? Просвета ведь никогда не было… Не было же?