Люда подняла руки, останавливая меня.

— Нет, нет, нет! По лесам вы сами бегайте. Что-нибудь другое давай.

Я глянул на Славу, интересен ли ей разговор, но девушка кивком поощрила меня продолжать.

— Погружение в Каспийское море?

— Зачем?

— Найти на дне несколько магических камешков, каждый размером с серёжку.

Люда нахмурилась.

— Зачем? В смысле, это вообще откуда?

— Древний ритуал, времён Скифов, как считается. Хотя происхождение неизвестно, сами скифы ни моряками, ни рыболовами не были.

Люда отрицательно покачала головой.

— Дальше.

— Прогулка в жерло вулкана?

Слава начала тихо смеяться, а Люда сдалась.

— Ладно, я поняла. Если бы всё было просто, мы бы все были великими магами.

— Намного эффективнее не пытаться искать природные условия, в которых магическое тело подвергается экстремальным нагрузкам, чтобы таким образом проводить закалку и усиление, а создавать такие условия самим. Да, через ритуалы и ингредиенты, да, материалов потребуется целая куча. Ещё можно к сущностям иных планов обращаться, но там всё равно требуется подготовка и расходные материалы.

— Насчёт потусторонних. Те тени, это же не магия была, верно?

Слава создала надпись:

«Это не наше дело!»

Но я не собирался скрывать эту информацию.

— Да, это моя связь с потусторонним существом. Одним из тех, с кем можно сотрудничать дольше, чем на один ритуал. Однако даже в таком случае нужно обладать определёнными качествами…

Меня прервал стук в дверь.

— Что случилось?

Миша точно не успел бы приехать, мы только сели, времени прошло всего ничего. Слава отвернулась, чтобы скрыть лицо, а в дверь заглянул слуга.

— Господин, приехала гостья. Назвалась Ядвигой Крсманович.

Девушки переводят удивлённые взгляды со слуги на меня, но я нахожусь в таком же непонимании.

— Эм… Да. Я сейчас спущусь.

Окна выходят на другую сторону, да и ребячество это, сейчас к окну бежать. Слуга удалился, а Люда спросила:

— Она предупредила, что… Вернулась?

Отрицательно качаю головой.

— Нет. Ничего о ней не слышал с самого её отъезда. Вы со мной?

Слава отрицательно качает головой, пристально смотря на меня. Я растерянно развожу руками, девушка с облегчением кивает.

— Идём, — а вот Люда решила идти.

Думаю, и Слава бы пошла, если не ранение.

Мы спустились и вышли на крыльцо. На парковке стоял настоящий лимузин. Моё удивление было связано не с ценой автомобиля, а с его редкостью, этот класс машин не пользовался популярностью в Москве, насколько я знал. У машины стояло двое, Ядвига и парень, наш ровесник, холёный, с печатью надменности на лице.

Мы с Людой спустились по ступенькам, остановившись, гости подошли к нам. Не сразу я нашёлся, как обратиться к Ядвиге. Называть её госпожой Крсманович? Так мы вроде как врагами не стали, лишь перестали быть друзьями. По имени? Слишком фамильярно, пожалуй. Чтобы не возникло неудобной паузы, обратился прямо.

— Здравствуй, Ядвига, — произнёс я, заглядывая в карие, почти рыжие, глаза. — Давно не виделись.

Взгляд польки, острый, изучающий, сосредоточился на моём лице.

— Здравствуй, Дмитрий, — затем она перевела внимание на Людмилу. — Людмила.

Прозвучало холодно. Людмила, однако, улыбнулась, фамильярно облокотившись на меня плечом, что было бы верхом неприличия… Если бы я не понимал, в чём дело… Девочки соперничали.

— Ядвига, — широко, не скрывая довольства, улыбалась Люда. — Представишь своего спутника?

Парень с удивлением и неодобрением смотрел на нас с Людой. Мне бы, наверное, следовало оттолкнуть Люду, но после всего, через что мы уже прошли, я слишком хорошо понимал: этот жест насквозь дружеский, и касается вообще не меня. Даже был уверен, что Славяна, если нас увидит через окно, одобрит.

— Конечно. Вицлав, это мои одноклассники, Барон Дмитрий Мартен и боярыня Людмила Доброславова. Друзья, герцог Вицлав Гижицкий. Мой друг детства и… — Ядвига споткнулась, быстро заглянув мне в глаза. — жених.

Был бы я не уставшим после боя и не расслабленным после победы, мог бы и отреагировать как-то на этот милый факт. Однако одна мысль о Славе разлилась по сердцу теплотой и спокойной радостью. Что мне Ядвига и её жених?

— Рад познакомиться, — протягиваю руку.

Я ожидал удивления и даже, возможно, брезгливости, но Вицлав меня удивил, открыто улыбнулся и охотно ответил на рукопожатие.

— Я тоже очень рад. Ядвига много и хорошо говорила о тебе. Друг Ядвиги — мой друг.

Какой контраст с полькой, живое, подвижное лицо, живая мимика. И либо Вицлав не в курсе, что его невеста делала здесь, либо в курсе и уверен — это ничего не значит.