Я сказал ей, что это может быть страшно, потому что первый раз всегда страшен, но нужно быть уверенным, что это то, чего она действительно хотела. Я попросила, чтобы она торопилась, потому что Дилан умолял ее об этом. Она сказала, что это не так. Если уж на то пошло, он хотел, чтобы она подождала, но Лори сама хотела ускорить процесс. Когда она беспокойно теребила руками свои бедра в машине, то сказала:

— Он так заводит меня изнутри от одного только поцелуя. Я хочу большего.

— Я могу это понять. — Я улыбнулась в ответ. — Но, если Дилан сделает что-нибудь, что тебя расстроит, ты должна сразу же позвонить мне, и я приеду, чтобы надрать ему зад.

— Я собираюсь остаться у него дома на ночь.

Я крепко сжала руль в своих руках. Все-таки она была моей младшей сестрой.

— Ты уверена?

Она покраснела.

— Да. Прошло два месяца, и он показал свое отношение ко мне, постоянно заботясь обо мне. Я знаю, что, если бы у нас сегодня что-то получилось, это значило бы для нас обоих больше, чем все, что у него было в прошлом.

— Ты права. Он был прекрасен с тобой, и я знаю, что он и дальше будет таким же человеком, каким себя зарекомендовал. Тем не менее, я буду держать пистолет наготове на всякий случай. — Она хихикнула. — Итак, что папа сказал по этому поводу?

Она вздохнула.

— Ты имеешь в виду, после того, как он битый час кричал и разглагольствовал? Он сказал мне, что я уже взрослая и могу делать то, что хочу. Потом бросил в меня упаковкой презервативов и вышел из комнаты, ворча себе под нос.

У меня вырвался смех.

— Удивительно, что папа не жаловался, что из-за тебя он поседеет и что он вообще не создан для такого дерьма. — Хотя он уже начал седеть.

— О, он жаловался, но это было раньше.

— Не волнуйся. Я уверена, что как только у вас все наладится, Дилан захочет, чтобы ты переехала к нему. Он и так все время рядом.

Она хихикнула.

— Верно, но я еще долго не буду к этому готова. Буду просто ночевать у него дома. Который, кстати, просто потрясающий. Ты его видела?

— Вообще-то, нет.

Она фыркнула.

— Полагаю, ты была слишком занята со своим боссом. — Затем она улыбнулась мне. Я улыбнулась в ответ и снова перевела взгляд на дорогу. — Я так рада за тебя, Кензи. Давно не видела тебя такой счастливой.

Кивнув, я сказала:

— У нас бывают дни, когда нам хочется убить друг друга, но хорошие дни перевешивают плохие в десятки раз. Знаю, как мне повезло, потому что я нашла Грейсона.

— Да, и ему тоже. Он так влюблен в тебя.

— Как его брат в мою сестру. — Мы рассмеялись. — Мы никогда не смогли бы этого спланировать, даже если бы попытались. Нам удалось отхватить себе этих удивительных братьев.

— Я знаю. И рада этому.

Я потянулась к ее руке и сжала ее.

— Я тоже.

***

Все мои мысли были о сегодняшнем разговоре с сестрой, я взяла телефон, чтобы проверить сообщения. Лори не звонила, и мне оставалось только надеяться, что Дилан позаботился о ней.

Я покачала головой и вернулась к написанию письма, как вдруг Грейсон позвал меня в свой кабинет. Я встала и открыла дверь. Он поднял глаза от компьютера и спросил:

— Детка, ты не могла бы принести мне кофе?

— Конечно, ты уже ел что-нибудь?

Он улыбнулся, глаза потеплели.

— Еще нет.

— Я хранила в шкафу несколько батончиков мюсли, и уверена, что видела там кексы, которые испекла и принесла Дерби. Принесу и тебе один.

— Спасибо. — Он подмигнул.

Закрыв дверь, я направилась по коридору в комнату отдыха. Сделав ему отвратительный черный кофе, я взяла тарелку для его шоколадного кекса, так как знала, что он сладкоежка и любил шоколад. Я также положила на тарелку два батончика мюсли.

Возвращаясь к своему столу с опущенными глазами и следя за кофе, чтобы не пролить его, я услышала, как меня окликнули по имени. Подняв глаза, я остановилась. Рэндал стоял у моего стола.

Я нерешительно посмотрела в сторону кабинета Грейсона; его дверь была по-прежнему закрыта.

— Привет, Рэндал. Что ты здесь делаешь? — я улыбнулась. В конце концов, он все еще был другом, даже если я знала, что Грейсон недолюбливал его.

— Я зашел посмотреть…

— Кексик, — позвал папа, когда подошел к моему столу. — Ты слышала что-нибудь о Мармеладке?

— Нет, папа. Пока нет.

Он хмыкнул и посмотрел на Рэндала.

— А ты кто?

— Рэндал Мюллер. — Он протянул руку отцу.

Отец посмотрел на его руку, глаза его сузились, и он скрестил руки на груди.

Не надо, папа. Пожалуйста, не говори ни слова.

— Придурок Рэндал.

— Папа! — захныкала я от унижения. — Извини, Рэндал, наверное, он не принял свое лекарство.

Отец закатил глаза. Не обратив на меня внимания, он спросил Рэндала: