— Но как, уважаемый, вам удалось так быстро обучить малограмотных солдат радиоделу? — ревниво спросил начальник кафедры спецсвязи. — Ведь не всякого офицера получается и за год натаскать до приемлемого уровня: у одного музыкального слуха не хватает, другой лапищей ключ бьёт, словно орехи колет. А ваши «инвалиды», подряд по три раза, цифровые радиограммы безошибочно отстукивали. Они что, на клавиатуре телеграфного аппарата работали?

— Нет, крутили музыкальную шарманку, — рассмеялся хитрый анархист и пояснил: — Разведчик шифровал сообщение по справочнику, где определённое слово обозначалось цифровым кодом. Затем он на специальной телеграфной пишущей машинке производил перфорирование цифр на бумажной ленте, выбивая десятью клавишами стандартные наборы точек и тире. Для маскировки передатчика радиолампы спрятали внутри корпуса граммофона. Только громоздкую пружину в них поменяли на компактный электромоторчик, работающий вместе с радиосхемой от аккумуляторной батареи. Конструкция передатчика исключала ошибку при многократных повторах радиограммы и позволяла вести передачу в одном плавном ритме. Бумажная перфолента обычно прокручивалась вместе с граммофонными пластинками. Для непосвящённых окружающих просто звучала музыка, хотя можно было провести сеанс связи и в глухой тиши.

— Так вот зачем к радиоле приставлена «шарманка» с намотанной на катушку лентой, — догадался Кондрашов. — Только почему она металлическая, и к чему тогда вторая «шарманка», переносная?

— И ещё в радиоле слишком слабая встроенная антенна, чтобы обеспечить дальнюю связь, — в сомнении осматривал заднюю стенку аппарата с накрученными медными проволочными завитушками Клинский.

— Господа контрразведчики, вы слишком всё упрощаете, — издевательски усмехнулся Алексей и поставил профессионалов в тупик: — В радиоле нет передатчика, во всяком случае, передатчика радиосигналов. Любой агент может спокойно держать аппарат у себя дома, и не опасаться, что контрики запеленгуют исходящий сигнал.

— Однако какой–то сигнал из чрева радиолы, всё же, исходит? — надвинув козырёк фуражки на брови, озадаченно почесал затылок генерал.

Когда офицеры морщили лбы, поочерёдно разглядывая обе шпионские «шарманки», вошедший курсант, щеголевато отдав воинскую честь, внёс в кабинет телефон, с тянущейся за ним длинной витой парой проводов.

— Поставь на стол, и свободен, — отмахнулся капитан.

Алексей же, пока спецы ломали голову над ребусом, достал из портфеля удлинитель, зачищенными концами присоединил провода к клеммам «шарманки», а другими концами, с помощью винтовых зажимов с острыми зубцами, аккуратно проколол провода внесённого телефона. Такую же операцию он проделал, присоединив телефон радиолы к штатному аппарату на рабочем столе.

В отверстиях на лицевых панелях «шарманок» засветились лампочки.

— Ну вот, шпионская техника подключена к стационарным телефонам, — указал на отсветы ламп Алексей. — Господа офицеры, можем начинать радиоигру. Эдуард Петрович, как у вас со знанием испанского языка?

— Учу в свободное время, — пожал плечами Кондрашов. — Бегло разговаривать на светские темы уже получается.

— А с радиоделом как?

— Разве что, в микрофон покричать пробовал, — криво усмехнулся генерал.

— Зато, наверняка, с шифрами хорошо знакомы, — извлекая из портфеля потёртую маленькую книжицу, подмигнул Алексей. — Вот вам, господин эмигрант, походный русско–испанский разговорник, составьте короткую фразу и зашифруйте. Первая цифра — номер страницы книги, через пробел — номер слова в столбце.

— Ну–ну, милейший, лелеете мечту, за час сделать из генерала настоящего шпиона–радиста? — саркастически хмыкнул Кондрашов, но в игру анархиста включился.

— А пока наш резидент будет корпеть над текстом радиограммы, я приглашаю вас, господа, послушать мои грандиозные коммерческие планы, — усевшись на край стола, указал офицерам на свободные стулья магнат–мечтатель. — Парагвайцы стремятся создать в столице каждого государства и в наиболее промышленно развитых городах мира филиалы казацкого банка. Для быстрого обмена сведениями, при них строятся радиоцентры, которые наряду с банковской информацией передают и любые оплачиваемые сообщения частных клиентов. Однако для более быстрой окупаемости, я предлагаю использовать казацкие станции ещё и в качестве общественных радиоцентров.

— Подобно американцам, крутить вперемешку с музыкой оплаченную рекламу? — сморщил презрительную мину на лице капитан.

— Нет, предоставлять абонентам услуги многоканальной радиосети, — сложив руки на груди, гордо заявил магнат. — Эдуард Петрович верно подметил, что дорогущие радиолы не по карману простым гражданам, впрочем, как и многим остальным — стандартные радиоприёмники. Кроме того, увесистые объёмные аппараты с собой в поездку не возьмёшь.

— Но малогабаритные и лёгкие ещё не изобрели, — наклонив голову, осторожно скосил глаз на переносную модель «шарманки» Клинский. — Или, всё же, что–то уже получилось?..

— Полноценные радиоприёмники мы и не предлагаем, — улыбаясь, развёл руками Алексей. — Однако прошу обратить внимание на бурное распространение в городах платных радиоточек проводной сети.

— Ну и чем же парагвайская проводная радиосеть будет выгодно отличаться от общественной? — уже ожидая какого–то подвоха от анархиста, продолжал взглядом изучать подключённую к телефону «шарманку» Клинский.

— Абоненту не надо прокладывать отдельную сеть, — подмигнул анархист–затейник. — Казацкое радио будет работать по уже действующей телефонной сети.

— Усилитель сигнала и электробатарея, похоже, в «шарманке» уже есть, — взяв в руки и оценив вес, предположил Клинский. — Мощности городской радиостанции тоже достаточно для функционирования проводной сети. Но ведь телефоны абонентов разделены коммутатором.

— Кто мешает набрать нужный номер телефона, или попросить барышню на узле связи соединить с городской радиостанцией? — предложил решение проблемы Алексей. — А затем, дополнительный номер на АТС радиоцентра, подключившись через сработавшую релюшку к одной из фиксированных волн известных радиостанций. Таким образом, имея с собой переносную «шарманку», абонент получает возможность слушать радиоприёмник, без затрат на его покупку.