– Что вы собираетесь покупать на Кубе, Ян?
– спросил меня мистер Упманн, когда все дела с обменом валюты были завершены. К моему удивлению за обмен с меня взяли всего один процент от суммы. Райские времена.

Мы с Упманном к тому времени перешли на ты. А что такого? Практически ровесники. И вроде как принадлежим к одному общественному слою владельцев бизнеса.

– Ну, не сахар же, - усмехнулся я.
– По крайней мере в товарных объемах. Табак, еду и ром для экипажа. Если будет попутный фрахт генерального груза, не откажусь. Вы можете мне порекомендовать надежного поставщика с качественным товаром? Оптом.

В ответ Герман Дитрих поставил на стол деревянную сигарную коробку со столь знаменитым и в 21 веке брендом H.Upmann. И сам разлил нам по стаканчикам темно-коричневый ром, причмокнув.

– Пятнадцать лет выдержки. Собственная продукция с моего вегаса.

Ром и вправду был очень хорош, вкусный и мягкий. Сигары такие я изредка пробовал в молодости, а сигареты этой марки лет пятнадцать курил при СССР. В Пицунде как-то летом был сбой с табаком, а кубинские "термоядерные" сигареты особым спросом у советских людей не пользовались и лежали на полках свободно. А мне они во влажной жаре зашли. Вот и пристрастился. А всем знакомым с апломбом говорил, что это единственное преимущество социализма: пачка сигарет ценою в три доллара всего за 15 советских копеек.

– Угощайтесь, - открыл банкир коробку и сам взял одну сигару, откусив ей кончик серебряной карманной гильотинкой и макнув кончик сигары в стакан.

К сигарам нам принесли хорошо сваренный кофе. И некоторое время мы предавались удовольствию от жидкости и дыма.

С удивлением я отметил, что нынешние сигары намного качественнее тех, что посылал в СССР Фидель Кастро. И я похвалил их вслух, благоразумно умолчав о главном кубинском майоре.

Банкир расплылся в довольном оскале.

– Я пока единственный, кто додумался паковать сигары в деревянных шкатулках, - похвалился мистер Упманн.
– По двадцать пять и по пятьдесят сигарок премиум класса.

Далее он пространно рассказал как идет его сигарный бизнес на собственной семейной фабрике в Гаване.

– Так что не каждый табачный лист годится на сигару. А некондицию я могу для вашего экипажа порезать хоть для трубок, хоть для самокруток, - неожиданно предложил он, закруглив свой табачный экскурс.

Я отбрехался тем, что надо обговорить это с артельщиком команды и дать морякам попробовать. Вдруг им не понравится из-за крепости его табака...

– Вкусы у людей разные. Мне лично ваши сигары нравятся и я с удовольствием куплю у вас пару-тройку шкатулок. Желательно более тонких сигарок, чем эта.
– Помахал я той толстой длинной сигарой, которую курил.
– Но если вам некуда девать некондицию, то я бы ее забрал, только на обратном пути в Европу. Если конечно договоримся в цене сейчас, - предложил я имея ввиду сбыт у финских табачных фабрикантов с которыми уже налажены контакты.

Почему нет? Остаиваться в Гаване было по сравнению с любым американским портом - что у янки, что у дикси, дёшево. А наиболее удобный маршрут для парусника в Европу шел мимо Азорских островов, так что Куба была по пути, что туда, что обратно.

Баркентина освободилась от предназначенного в Гавану генерального груза. Теперь с неё сгружали пять роялей которые капитан-наставнику удалось продать местным плантаторам, точнее их посредникам - ну... сколько удалось продать с наскока. Так что я прибыл вовремя, чтобы отпустить его с Никанорычем отдыхать на берег.

Раздал экипажу часть его заработка в местной валюте и напутствовал матросов отпущенных на береговой отдых "не намотать на винт" ничего лишнего, ибо местные путаны "знойные женщины - мечта поэта". И "они пошли туда, где можно без труда добыть продажных женщин и вина".

Особо предупредил их, что папайю тут зовут фрутто-бомбо, а вот само слово "папайя" на русский можно перевести как "потная мулатка" или даже как "сика потная" - страшное оскорбление для мужчины за которое можно и по рылу отхватить. И глядя на галдящих на трапе матросов понял, что точно кто-то не удержится и отхватит.

Артельщика нагрузил заданием приглядеть, что будем брать в Гаване из фруктов на борт для экипажа. Сам пока по базарам не шлялся, так что в голове вертелась триада - бананы, папайя и манго. Но у него свой глаз алмаз - справится. Да и вкусы команды всяко лучше меня знает.

Капитаны между отдыхом и шлюхами должны были провентилировать вопрос с попутным генеральным грузом в Бразилию.

С оставшейся частью экипажа на борту устроил дегустацию табака для трубок и самокруток от Упманна. Нашлись любители черного табака. Можно заказывать.

На переместившимся на рейд корабле было приятней, чем на берегу. Бриз ласкал, неся с собой желанную прохладу. Мягкая волна не создавала в организме диссонанса. И я решил ночевать в каюте. Завтра предстоит дегустация рома в поместье Упманна, так что надо быть свежим. Да и мне тратиться на отель ни к чему.

Рано утром, сойдя на берег прогулялся вокруг берегового форта Гаваны с его мощными каменными стенами и укрывшись за контрфорсом, убедившись что с моря меня никто не видит, открыл в стене окно к поезду на Тамани - по жене соскучился, а то я не живой человек? И совсем не в том возрасте, чтобы на продажную тропическую экзотику кидаться. А главное, проверил, что с Кубы "пространственно-временное окно" домой действует. Впрочем, это пока еще существенно северней экватора. На экваторе у нас как раз устье Амазонки. Там будет главная проверка.