— Хорошо. Едешь сейчас на перекрёсток Серова и Толстого. Там вас с Мишей будет ждать грузовик. Поедете за город. Погрузите, что скажут. Всё сразу увезти не удастся. Сделаете два рейса. Ждать машину нужно на складе за городом. Потом вас отвезут в известный тебе дом на Серова. Там надо будет помочь хозяину сопроводить ещё кое-какой товар до аэропорта. Поедете с ним в машине. Всё понятно?

— Не совсем. Что за Миша?

— Михаил, племянник хозяина. Ты с ним шкурки растягивал.

— А, этот… Нормальный парень вроде. Что за товар?

— Вещи люксовые. Импорт. Сигареты, алкоголь, одежда.

— Две машины? Богатый у нас работодатель.

— С бедными не работаю.

— А в аэропорт зачем?

— Ты излишне любопытен, Люговой. Но я знаю, что просто так спрашивать не будешь, — африканец стрельнул в меня оливками глаз. Покрасневшие от полопавшихся сосудов белки говорили о том, что прошедший день прошёл для него не в лежании на тахте. Хотя частенько так выглядят совершенно по другим причинам.

— Так в чём там фишка, эмку?

— Вы с Мишей поедете в качестве как бы охраны. Своим постоянным людям хозяин эту поездку светить не хочет. А вы с Мишей люди новые. В аэропорту товара будет немного. Два больших чемодана. Погрузите, посветите лицами перед прибывающими людьми…кстати, хорошо, что надел джинсы и чёрную майку. Неброско. Но не совсем подходяще. На-ка, возьми! — Орлинду пошарил рукой за подлокотником своего дивана и вытащил тёмную кожаную куртку, — надень, так будет солиднее. Потом вернёшь.

— Что-то мне это начинает не особо нравиться… — я задумчиво развернул куртку. Короткая, но не косуха, с удобными большими врезными боковыми карманами, утолщённой кожей на плечах и локтях. Почти новая. Ну вот, Гавр, теперь из тебя братка лепят. Правда, причёска подгуляла. Надо бы под ноль побриться, да кто ж знает этого темнилу?

— А деньги и вещи брать нравится? — уставился на меня Орлинду, — хозяин платит за эту ночь каждому по пять тысяч, так что хватит на многое, заодно и долг передо мной закроешь. А хочешь, я тебе и эту куртку подарю?

— Какой-то ты сегодня на удивление щедрый, Орлинду, — я положил ему свою ладонь на плечо и немного сдавил. Африканец слегка скривился, но не сбросил руку, — что в чемоданах? — как можно внятнее спросил я.

— Точно не знаю. Предполагаю, ювелирка, дорогая бижутерия, эксклюзивное бельё. Сейчас на это спрос бешеный. А хозяин толк в товаре знает. Тебе не всё равно? — при этих словах взгляд Орлинду всего на мгновение, но вильнул в сторону.

Врёт ведь, поганец… У меня вдруг возникло желание послать эту наглую чёрную рожу на хер, отдав ему всю мою наличность. Ничего, найду, где заработать ещё. Только вот где? Внутренний червячок сомнения, видимо, сговорившись с жабой, всё же остановил первый гневный порыв. Пять тысяч сейчас для меня очень хорошие деньги. Можно какое-то время не думать о заработке. К тому же последние месяцы, несмотря на тренировки и необычные встречи, я, чего греха таить, застоялся.

Ну что это за жизнь, а? Какие-то бдения с сектантами, спортивные соревнования, экстернаты, разборки с бывшей, сомнительные подработки — мелко, анавр, если не сказать скучно! А тут пахнет настоящим адреналином, нутром чую… Правда и дерьмом тянет пополам с могильной сыростью. Ну что ж, если африканская рожа решил меня подставить, он об этом горько пожалеет.

— Если мне не изменяет память, то охране помимо обмундирования, — я взвесил на руке кожанку, — ещё кое-что полагается, — я, наконец, отпустил плечо Орлинду. Вопрос был непростым. Пистолет я у негра уже видел. Значит, слухи о его делишках не столь уж и преувеличены. Если Орлинду поведётся и даст мне оружие, значит, не всё так радужно, как он обещает. Но ответ африканца меня озадачил.

— А разве с твоими умениями нужно оружие, виджана? — блеснул эмалью зубов африканец, — могу дать хороший клинок, если не уверен в своих силах.

Ах ты паскуда, значит, не хочешь, чтобы оружие потом привело к тебе? С ножом всё гораздо проще: и взятки гладки, и вроде бы не с пустыми руками отправил. Ладно, будем посмотреть. Теперь-то я уж точно буду держать глаза открытыми.

— Не нужно, ты прав, эмку. Зачем нам давать лишний повод милиции? Хотя, полагаю, такой человек, как твой компаньон, наверняка сможет договориться с блюстителями закона.

— Возможно. Но это не наше с тобой собачье дело, виджана. Нам платят за молчание, физическую работу и немного нужной хозяину игры в охранников. Точнее, тебе. У меня в этой партии своя доля, если понимаешь о чём я.

— Безусловно, эмку. И деньги, как ты сказал, хорошие. Я согласен. В котором часу нас ждут?

— К полуночи.

— Отлично, тогда я пойду. Есть у меня ещё парочка дел.

— Удачи, виджана.

— И тебя туда же.

На самом деле никаких особых дел у меня не было. Но явные недомолвки и полускрытые ухмылки африканца навели меня на мысль использовать оставшееся время с толком. Информации о сегодняшней работе у меня минимум, но ведь есть данные о предыдущем месте, где я отрабатывал нелёгких хлеб спекулянта.