Так и продолжал бы бежать, успокаивая собственные амбиции и потакая внутреннему джентльмену, а также совершенно забыв о том, что Бог никогда не устаёт смеяться над планами самоуверенных человеков.

Что до удачи, если кому нравятся постулаты, приписываемые неисправимому оптимисту из ВВС США майору Мерфи, да, да, тому самому, которого один мой проницательный пациент называл «долбанный Эдик», я стал свидетелем очередного подтверждения одного из его законов.

Не знаю зачем, видимо, из извечного женского упрямства, но Машка вдруг решила тоже ускориться вслед аполлоноподобному Воину и не придумала ничего лучше, как сделать это на одном из самых сложных участков трассы.

Не успел я и глазом моргнуть, как на втором подъёме у поворота она оступилась, её правая подошва проехалась по грязи. Тело Маши зависло на долю секунды над самым краем тропы, девушка попыталась ухватиться за тонкие и мокрые ветки кустарника, которые безнадёжно выскальзывали из её кулачков…

— Твою, ма-а-а… — вырвалось у меня и, нырнув в рапид ещё до окончания своего возгласа.

Не знаю, Закон Сохранения Реальности так распорядился или у Машки просто слишком продуманный ангел-хранитель, но упала она в нужное время в нужном месте. Была бы глубина оврага помельче или склон покаменистее, как минимум от серьёзной черепно-мозговой травмы мне бы девчонку уберечь не удалось. Перемахнув кусты и кинувшись вслед за ней на склон, я понял, что успеваю едва-едва.

Маша находилась ещё в воздухе, зависнув над крутым склоном, когда я проскользнул под ней. Промелькнула запоздалая мысль, что мои перемещения мог кто-нибудь заметить, но я отмёл её, как маловероятную. Оставалось как можно быстрее решить: перехватывать Машку в рапиде и уже дальше изменять траекторию её движения или выходить в режим реального времени и уже подхватывать девушку непосредственно на склоне?

Второй вариант показался более реальным, так как в первом случае я не знал, как на её физическом теле отразится контакт со мной в режиме ускорения. Прошлый опыт всем моим «контактёрам» из числа обычных людей ничего, кроме травм, не приносил.

Порядок действий ещё выстраивался в голове, а тело уже исполняло команды. И всё-таки я немного просчитался, решив выполнить роль подушки безопасности для прекрасной бегуньи. Моё «возникновение» в реальном потоке времени под падающей Сикорской позволило предотвратить тяжёлые травмы головы, позвоночника, а вот крутизну поверхности и силу трения о мокрый склон я всё же не учёл, успев погасить лишь большую часть инерции движения тела. Большую, но не всю.

Конечно, феерическое падение Машки на тушку Миротворца и последующее скатывание в обнимку на дно оврага кто-нибудь другой назвал бы пикантной стыковкой, если бы не одно «но». Торчащий из размытой почвы дубовый корень, оказавшийся на пути именно машкиной ноги, захватил в плен её голень. А остаточного импульса движения хватило, чтобы за неё чувствительно дёрнуть.

— Ай! — вскрикнула незадачливая бегунья.

— Что?! — взревел я, подскакивая к Сикорской.

— Нога… — жалобно простонала девушка.

— Блин, с-су…ка, — опомнился я на полуслове. Аккуратно фиксируя машину стопу и безжалостно выдирая — выламывая злополучный корень в одно движение. Осторожно расслабил шнуровку, снял кроссовок, носок. Мда-а-а…тут и специалистом быть не нужно. Вывих. И приличный. Как бы перелома с разрывом связок не было. Твою ж дивизию! Добегались… А как же хорошо всё начиналось.

— Что там, Гаврила? — голос девушки едва заметно дрожал. Но в целом держалась отлично.

— Вывих. К бабке не ходи. Без травмпункта не обойдётся. Ты как?

— Пока не двигаюсь всё хорошо.

— Ну здесь-то мы точно ничего не вылежим. Надо наверх тебя нести. И до финиша тут рукой подать.

— Давай попробуем, — шмыгнула носом Машка. Молодец, девчонка. Хорошо держится. Только сейчас до меня дошло, что по возрасту она, пожалуй, с княжной Вревской в одних годах. Вот какая эпидерсия: та на войну сестрой милосердия ехала, а эта кроссы бегает. Нда-а, время другое было, поэтому та и казалась значительно взрослее. А Маша ещё краснеть не разучилась, даром что студентка-медичка.

Я поймал себя на том, что продолжаю пялиться на девушку. Чего-то я совсем не туда. Странные мысли для текущей ситуации. Надо вывозить. И прежде остального обеспечить мобилизацию конечности. Я примотал поясным ремнём повреждённую ногу на уровне середины голени к здоровой, слегка затянул пряжкой и аккуратно надел носок: на дворе не май, ещё простынет бедолага.

Всё это время маша не проронила ни слова, закусив губу. Терпит, лапушка. Упрямая. Девчонка всё больше мне нравилась, ну ничего с этим не мог поделать.

— Так, сейчас осторожненько возьму тебя на плечо. Ты не бойся, донесу как китайскую вазу. Если будет больно — ори. Постараюсь побыстрее. Готова?

— Может, лучше позвать ещё кого-то? — робко поинтересовалась Маша.

— Не переживай, это я с виду узник из Бухенвальда, а так-то — Геракл. Не журись, лапушка, доставлю в лучшем виде. Погнали? — успокоил я немного побледневшую студентку.

— Ладно, — вздохнула Маша.

Как и обещал, взвалил Машку на левое плечо, головой назад, чтобы придерживать зафиксированные ноги и уберечь её лицо от веток и сучков своим корпусом.